Бой — это уравнение со многими неизвестными

вов
1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (1 оценок, среднее: 5,00 из 5)
Загрузка...

И вот 10 января 1943 года. Ночь была на исходе, когда, мы с группой офицеров управления дивизии перебрались на новый наблюдательный пункт, оборудованный на небольшой высотке в нейтральной зоне. С этой точки глубина обороны противника просматривалась на 4-5 километров.

Саперы строили НП по ночам, скрытно, и до начала наступления ни в районе наблюдательного пункта, ни тем более на нем самом в дневное время не было разрешено никакого движения. Поэтому можно было предполагать, что немцы нас здесь не потревожат.

С вечера сюда перебрались связисты, оперативники, комендантская служба. Блиндажи были подготовлены к нормальной боевой работе. Приятное тепло охватило нас в просторном, хорошо оборудованном и натопленном «главном» блиндаже, когда мы вошли в него, пройдя несколько километров по сильному морозу с пронизывающим степным ветром.

Офицеры — операторы, разведчики и связисты доложили, что в обстановке изменений нет, связь работает нормально. Затем дивизионный инженер Е. А. Важеевский сообщил, что ночью саперы проделали в минных полях 5 проходов для танков, обозначив их бинтами…

Я слушал их и невольно думал: сколько времени и труда тратится на подготовку к наступлению! Недели без отдыха у штаба, служб, тылов. Стынут на морозе наблюдатели, артиллерийские разведчики, воспаленными глазами вглядываясь в будущие цели. Сутки ночных рейсов автомашин за боеприпасами, горючим, продуктами…

Трудно! Но иначе нельзя!

Каждый бой — это уравнение со многими неизвестными.

Тут нет универсального способа решения, как нет и единой формулы боя. А ответ один — победа. Мы стремимся к победе, враг прилагает все усилия к тому, чтобы не допустить ее.

вов

Там, за линиями траншей, за колючей проволокой и минными полями, за рекой Россошкой, за сотнями пушечных и минометных стволов, на нашем же оборонительном обводе, вырытом прошлой весной руками сталинградских женщин, сидят на своих наблюдательных пунктах наши «старые знакомые» — генерал фон Габлинц и Ротенбург. Остатки их дивизий стоят перед нами. Им нечего терять — они подписали себе смертный приговор, отказавшись капитулировать, и поэтому будут драться с отчаянием обреченных.

И вот сейчас, когда осталось совсем немного времени до артподготовки, копошится внутри червячок беспокойства. Волнуются и мои товарищи. Соболь снял бекешу, подсел к печке, руки греет. А в блиндаже и так жарко. Начальник оперативного отделения все чаще выходит в траншею к стереотрубам, хотя все равно ничего не видать. Прозоров в последний раз обзванивает своих артиллеристов.

Есть еще чувство, которое я сейчас переживаю. Это — удовлетворение. Сегодняшний бой — необычный. Мы окружили врага! Мне, пережившему четыре окружения, четырежды прорывавшему огненные кольца, — это обстоятельство было особенно приятным. Это не было злорадством, но… посеявший ветер пожинает бурю. И пусть свершится возмездие!

8 часов утра. Все напряжены до предела. Начальник артиллерии отдает команду «натянуть шнуры!» Еще одна, две, три минуты. Ровно в пять минут девятого по всем каналам связи прозвучали установленные сигналы «Родина» и цифра «555», а над наблюдательным пунктом командарма взвилась и лопнула серия разноцветных ракет. И тотчас справа и слева, впереди и сзади повторился этот фейерверк над НП командиров полков и дивизий.

Все поле мгновенно ожило, послышались отрывистые команды артиллеристов, минометчиков. Вслед за этим воздух раскололся — так могуч был первый залп двух тысяч орудий, трех тысяч минометов и большого количества эросов. Это была весть о том, что советские войска начали ликвидацию окруженного врага.

Грохот оглушил нас. Мы объяснялись знаками, но на наших лицах было написано блаженство. Началось то, чего мы так томительно ждали.

Вся степь — от переднего края обороны противника до артиллерийских позиций — покрылась дымом. Вырванные комья земли летели вверх вместе с разрушенными, разломанными, разорванными частями оружия, орудий, минометов, блиндажей.

Один залп артиллерии Донского фронта весил 176,6 тонны металла. Это давало 12 килограммов смертоносных осколков на погонный метр фронта обороны противника. Под прикрытием этого огненного смерча наша пехота выдвигалась на исходный рубеж для броска в атаку.

55 минут бушевал огонь. Затем последовал сигнал для перехода в атаку. Артиллерия и минометы мгновенно пере-несли свой огонь в глубину обороны противника. Командиры частей развернули знамена на своих наблюдательных пунктах, а полковые оркестры заиграли государственный гимн.

Пехота быстро и ловко выскакивала из своих траншей и окопов, принимала боевой порядок «в цепь». За ней выдвигались минометы и орудия сопровождения. Все это двигалось во весь рост, так как огня со стороны противника не было. И вот наши полки с громовым «ура» неудержимой лавиной бросились вперед, в атаку, ведя огонь из ручного оружия на ходу. Продолжительное время это движение было почти безостановочным.

Мы вышли и забрались на крышу блиндажа. С него хорошо были видны цепи наших полков и успешное продвижение соседних с нами дивизий. Не удержавшись, мы последовали за нашими боевыми порядками. НП пошел вперед!

Оборона врага, его огневая система были надежно подавлены нашим мощным огнем. Все, оставшееся в живых и пытавшееся оказать сопротивление, быстро уничтожалось огнем, штыком и гранатой. На нашем пути встречалось большое количество разбитых пулеметов, минометов, орудий, много разрушенных блиндажей и землянок… Все поле боя было усеяно вражескими трупами.

Начали встречаться и живые солдаты противника. Не оказывая сопротивления, обезумев от страха, они поднимали руки и шли к нам в плен.

— Гитлер капут! Гитлер капут!

Силы противника, сформированные из оставшихся частей 44-й, 384-й, 76-й и 14-й танковой дивизий, поддержанные танками и самолетами, двадцатью батареями артиллерии и минометами, не смогли устоять перед натиском советских воинов. Оборона врага была прорвана, наступающие подразделения преодолели почти всю ее тактическую глубину и к исходу первого дня наступления подошли к реке Россошке. По этому рубежу проходил средний (второй) оборонительный обвод — наш обвод, не удержанный нами в августе прошлого года. Здесь мы встретили вторую линию немецкой обороны.

Не пропустите новые материалы. Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен.
Подписаться

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *