Бой за Белгород

сброс бомб вов
1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (1 оценок, среднее: 1,00 из 5)
Загрузка...

Наше наступление на Белгородском направлении началось уже по сути дела после того, как в районе Прохоровки гитлеровские танковые армады потерпели сокрушительное поражение. Наступая на пятки отступающего врага, войска Воронежского и Степного фронтов 24 июля 1943 года вплотную подошли к Белгороду и сконцентрировались чуть севернее города. И на этой полосе началась подготовка к решающему удару с целью овладеть городом.

Все мысли и действия были направлены на решение этой ближайшей задачи. Параллельно с частями и соединениями 7-й гвардейской армии к освобождению Белгорода готовились и войска 69-й армии.

В один из дней, когда в разгаре была подготовка к решающему удару, ко мне на наблюдательный пункт неожиданно приехал командующий армией генерал М. С. Шумилов, член Военного совета генерал З. Т. Сердюк и командующий артиллерией армии генерал Петров.

Справившись о самочувствии, командарм сразу спросил:

— Каковы потери?

— Большие, товарищ генерал, — ответил я, еще не сообразив, куда он клонит. — Особенно много потерь среди офицеров.

— Тогда придется выводить вас во второй эшелон. Приведете в порядок полки, и люди немного отдохнут, — сказал генерал Шумилов.

Это было сказано из добрых побуждений, чтобы сохранить боеспособность корпуса. Я и Колесник одновременно с недоумением посмотрели на командующего. Шумилов промолчал. Тогда я, стараясь сохранить спокойствие, решительно возразил:

— Мы не согласны с таким решением, товарищ генерал! Столько дрались и вот на пороге Белгорода мы вдруг должны отойти во второй эшелон. Это как же понимать? Обижаете нас, товарищ генерал. Мы готовы выполнить любое задание Военного совета, только не во второй эшелон.

Михаил Степанович прищурил глаза и так некоторое время как бы изучал меня и Колесника, потом, обращаясь к Сердюку, спросил:

— А вы что скажете, Зиновий Тимофеевич?

— Раз горят желанием продолжать наступление, по-моему, не следует их удерживать. А там видно будет, — ответил член Военного совета.

— Ладно, пусть будет по-вашему, — согласился Шумилов. — Только пятнадцатую дивизию придется передать сорок девятому корпусу. А сам при надобности введешь в бой восемьдесят первую дивизию.

На душе отлегло. И я с приподнятым настроением отчеканил:

— Есть.

Начальство собралось уходить. Генерал Сердюк, прощаясь, крепко пожал руку и сказал:

— Верю: не подкачаете, и Белгород скоро будет наш.

Чтобы оправдать доверие, надо было немедленно форсировать Северный Донец, отвоевать плацдарм, перебросить туда все силы корпуса и двинуться в решающее наступление.

Северный Донец — река не большая. У Белгорода ее ширина не более ста, а глубина около двух метров. Однако для нас она представляла большие неудобства. Во-первых, с нашей стороны до устья реки простиралось огромное болото. Во-вторых, противоположный берег был крутым и высоким. С этой кручи малейшее наше движение было легко заметить, а место переправы просматривалось как на ладони.

Поэтому решили действовать только ночью. Днем батальоны занимали исходные позиции где-нибудь в зарослях и тальниках недалеко от реки. Там же из подручных средств связывались небольшие легкие плоты, надувались резиновые, лодки, вещмешки, набитые соломой, превращались в своеобразные спасательные пояса.

С наступлением темноты весь этот самодельный флот спускается на воду, и начинается переправа. Не обходится и без кратковременных стычек, но все же первый батальон зацепляется за берег, за ним другой, третий. Вот уже они смогли захватить небольшой плацдарм шириной метров сто — двести. Начало операции положено…

немецкие танки вов

Но с рассветом дела значительно усложнились. Гитлеровцы предпринимают одну контратаку за другой. Они не жалеют патронов и снарядов, лишь бы сбросить наших храбрецов в реку. На подмогу обороняющимся с воем устремляются самолеты. Они забрасывают гвардейцев минами. С земли эти мины казались небольшими круглыми шариками, величиной с картофелину. Видимо, поэтому наши ребята прозвали их «картошками». Но падая на землю, эти «картошки» оказывали страшное разрушительное действие. Взрываясь, они разлетались на тысячи осколков, и каждый такой взрыв уносил десятки жизней.

Но что бы там ни было, гвардейцы цепко держались за клочок отвоеванной земли, и шаг за шагом, медленно, но все упорнее теснили врага. В штабах дивизий и корпуса в те дни можно было видеть немало характерных донесений, отражающих всю трудность борьбы за освобождение Белгорода. Вот одна из них: «…Переправился через реку 211-й полк. Он уже занял плацдарм длиной в четыреста метров и шириной в триста метров. Отражается очередная контратака. Пока уничтожено четыре танка и пятьдесят два солдата противника. Шестерых взяли в плен. Захватили три пушки и два пулемета…»

В этих же донесениях много говорилось о мужестве целых подразделений и подвигах отдельных солдат и офицеров. Из 214-го полка, например, писали о бесстрашии 19-летней медсестры, старшего сержанта Зинаиды Ивановны Маресевой. Эта отважная девушка была родом из Вольска. В ряды Красной Армии она вступает добровольцем в тяжелые дни обороны Сталинграда. Здесь она зарекомендовала себя смелым бойцом и заботливой медицинской сестрой. В период битвы на Курской дуге с 6 по 27 июля она вынесла с поля боя 45 раненых солдат и офицеров, за что была удостоена ордена Красной Звезды.

Зина оказывается в числе первых, переправившихся через Северный Донец. Не зная устали, презирая смерть, она дни и ночи напролет находится среди солдат, оказывает им первую помощь.

В один из дней батальону, где служила Зина, пришлось особенно туго. Семь раз бросались гитлеровцы в атаку и семь раз гвардейцы стойко отражали каждую попытку сбросить их в реку. Потерь было много. В рядах батальона не оставалось ни одного офицера. Под вечер гитлеровцы бросаются в атаку в восьмой раз. И ряды наши дрогнули. В этот момент Маресева перевязывала очередного раненого. Увидев, что наши солдаты отступают к реке, она берет в руки автомат и с кличем: «За Родину, вперед, за мной!» бросается навстречу врагу. Бесстрашие девушки заставляет остановиться отступающих. Ее пример воодушевил десятки, а затем всех бойцов батальона. Вслед за Маресевой они двинулись вперед и в рукопашном бою сумели отстоять занятые позиции. В результате в наши руки перешло 50 пленных, три пушки, восемь пулеметов, два миномета и двадцать гранатометов.

Отбив атаку, Зина Маресева возвращается к своим прямым обязанностям. За три дня с поля боя она выносит 93 раненых солдат и офицеров. 3 августа, когда Маресева переправляла раненых через реку, рядом с лодкой взрывается вражеская мина, осколок поражает Зину. Так на боевом посту погибла храбрая девушка.

Таких героев в частях корпуса было сотни, тысячи. Благодаря массовому героизму за короткий срок удалось занять плацдарм и перебросить туда всю живую силу и технику.

Коллективным подвигом стал в эти дни самоотверженный труд саперов корпуса. Перед ними и солдатами 392-го отдельного армейского саперного батальона Александра Сычева стояла задача соорудить надежные средства переправы для бесперебойной переброски войск и техники. Они с этой задачей справились с честью. Под непрерывным огнем врага было построено четыре моста и шесть насыпных дамб. На противоположном берегу саперы обезвредили более шести тысяч вражеских мин.

Не пропустите новые материалы. Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен.
Подписаться

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *