Дерзкий марш в тылу противника

солдата в зимних масхалатах

Где-то далеко впереди еще раздается гул боя. Лыжный отряд выходит на рубеж, откуда он должен повернуть в сторону и продолжать путь в тылу противника.

Отряд перестраивается. Впереди идут разведчики. За ними — подполковник Райнберг с небольшим головным отрядом. А уже за ними следуют боевые порядки батальона. Тихо люди скользят по скрипучему снегу. Шум боя остается в стороне. На востоке начинает возникать блеклая полоса неба. Подполковник удлиняет шаг. Надо спешить.

Разведчики докладывают, что впереди, в небольшой зоне, протянуто восемь линий связи. Видимо, они ведут к немецкому штабу. Очень заманчиво перерезать провода, лишить противника связи.

— Провода не трогать! — приказывает подполковник. — Себя не обнаруживать.

От бойца к бойцу приказ передается по отряду.

Люди уже двигаются к высоте. Еще издали можно различить на белом снегу черные очертания большака Насва — Локня. На большаке оживленное движение. Наше наступление взбудоражило вражеский тыл. Машины мчатся взад и вперед. Много повозок. В Насву, видимо, спешит немецкое подкрепление.

Что делать? Незаметно пересечь большак, очевидно, невозможно. Ввязаться в бой — бессмысленно. Ждать выгодного момента — то же самое.

Напряженную мысль подполковника прерывают три выстрела в тылу отряда. Колонна останавливается. Подполковник посылает комсорга выяснить, кто и почему стрелял.

Оказывается, что на лыжников наскочил ехавший рядом по небольшой дороге на санях немецкий обозник.

Инцидент этот некстати, но подполковник молчит. Три отдельных выстрела в этой кутерьме могут и не вызвать никаких подозрений.

Но как действовать дальше? На востоке небо становится все более блеклым, а до Монаково еще далеко. Подполковник идет на риск. Другого выхода нет. Он вызывает к себе командиров рот.

— Выйдете на дорогу, построитесь в колонну по три. Автоматы — под маскхалаты. Форсированным маршем к цели!

Офицеры на минуту теряются. В первый миг такой шаг кажется опрометчивым. Но затем они понимают смысл риска.

— Действуйте! — добавляет подполковник в знак того, что разговор окончен. Офицеры один за другим козыряют, поворачиваются кругом и возвращаются к ротам.

Через несколько минут лыжный отряд уже выходит на большак. Райнберг, спокойный и строгий, возглавляет колонну.

Начинается дерзкий марш в тылу противника по дороге, забитой машинами, повозками и пешими солдатами.

Все это в основном движется навстречу колонне. Машинам, которые идут без огней, колонна уступает дорогу, принимая в сторону. Повозки и пешие уступают дорогу колонне. Слишком решителен шаг лыжников, чтобы затевать с ними споры о преимуществах на дороге и правилах движения.

Колонна беспрепятственно движется вперед. Успеют! Успеют своевременно дойти до Монаково. Неожиданное происшествие взволновало и рассердило подполковника.

Навстречу мчатся четыре грузовые автомашины. Колоши без команды уступает дорогу, одно отделение принимает направо, другое — налево, одно — направо, другое — налево. Водителям машин и в голову не приходит, что эти солдаты в маскхалатах здесь, в глубоком тылу, — советские гвардейцы!

солдата в зимних масхалатах

Машины уже почти миновали колонну, когда кто-то все же не вытерпел. Раздается несколько автоматных очередей, и машины останавливаются. Остальное, правда, делается без шума, но и эти сгоряча, опрометчиво выпущенные автоматные очереди могут навредить, насторожив в селе немцев.

Райнберг ускоряет шаг.

Навстречу колонне лыжников идет легковая машина. Опять колонна уступает дорогу, но на этот раз машина останавливается сама. Из нее выходит комендант села. Начальник гарнизона послал его выяснить, кто стрелял. Но он так и не задает своего вопроса. Вместо доклада своему начальству немцу приходится ответить на вопросы советского подполковника и рассказать, какие силы сосредоточены в селе, как расположены огневые точки.

2 комментариев на тему “Дерзкий марш в тылу противника
  1. Достоверность этого рассказа вызывает огромные сомнения. У немцев не было лыжных частей. Были лишь небольшие патрули, которые использовали лыжи. Бойцы на лыжах и белых масхалатах это всегда были русские. Также не понятно как можно спрятать по одеждой ППШ. Русский масхалат имел покрой, который по внешнему виду легко узнавался и у немцев их не было. Потому как могло советское лыжное подразделение двигаться открыто по дороге по которой ехали немцы не понятно.

    1. Даже по отпечаткам сапог могли определить (у фрицев с медными гвоздиками). У наших масхалаты без резинок, на верёвочках и т.д. и т.п. «Патриотик» рассказик состряпал.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *