Дети в гитлеровских тюрьмах

Дети в Гитлеровских тюрьмах
1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (1 оценок, среднее: 5,00 из 5)
Загрузка...

В связи с арестами, выселениями, казнями и высылкой родителей и опекунов в концентрационные лагеря, а также из-за болезней, а поэтому и нетрудоспособности, дети были обречены на борьбу в одиночку за жизнь и средства к существованию. Старшие дети в семье становились довольно часто кормильцами своих братьев и сестер, нетрудоспособных взрослых членов семьи.

«Бродячие дети», как называли их гитлеровские оккупанты, как правило, выходили на улицы в поисках хлеба или заработка. За создавшееся в стране положение несла ответственность гитлеровская администрация, так как карточные пайки обрекали поляков на медленную смерть от голода. Однако часто немцы считали «бродячими» детей только из-за того, что они были поляками.

Невзирая на обязанность придерживаться установленных на оккупированной территории юридических законов (о чем говорится в IV Гаагской конвенции, ст. 43) и недопустимость изменения правовых положений оккупированного государства, законодательство третьего рейха предписывало право общественной опеки над детьми исключительно управлениям по делам молодежи и организациям, занимающимся вопросами опеки.

Немецкое уголовное право, распространенное на аннексированные земли распоряжением от 6 июня 1940 года, касалось также польских жителей. Однако уже в конце того же года начальник РСХА Рейнгард Гейдрих выступил с предложением, чтобы до тех пор, пока «не будут урегулированы национальные проблемы», ввести для поляков особое судопроизводство, потому что настоящее законодательство не служит делу их истребления.

А также, — говорил Гейдрих, — недопустимо, чтобы немцы и поляки подлежали компетенции одних и тех же судов. Рейнгарда Гейдриха поддержал заместитель Гитлера Мартин Борман, ссылавшийся на приказ фюрера, в котором тот говорил, что восточные земли должны быть германизированы в течение 10 лет любыми методами.

По мнению Мартина Бормана, юридические законы для поляков должны быть ограничены «немногими предписаниями, которые нужно сформулировать так, чтобы любой поступок поляка можно истолковать как нарушение этих правил, причем суды для них должны быть созданы по типу полицейских чрезвычайных судов.

Имперский министр юстиции, опираясь на эту рекомендацию Бормана, включил в проект уголовного права для поляков также такую меру наказания, как штрафные лагеря, сопряженные с тяжелым физическим трудом, исключил право апелляции и приведения к присяге. А приговоры немедленно приводились в исполнение.

Окончательно декрет от 4 декабря 1941 года по поводу уголовной юрисдикции в отношении поляков и евреев на территории рейха вступил в силу 1 января 1942 года. Но он распространялся на поступки, совершенные до его принятия. Закон против поляков и евреев предусматривал в отношении детей такие же меры наказания, как и для взрослых.

Дети в Гитлеровских тюрьмах

После проведения процедурных реформ военно-уголовное право третьего рейха в 1942—1945 годы еще более расширилось. Что касается детей и подростков, то 23 июля 1942 года вышло распоряжение, по которому несовершеннолетних поляков и евреев не судили суды для несовершеннолетних. Их дела рассматривали суды для взрослых. Наказание дети и подростки отбывали также в тюрьмах для совершеннолетних

6 ноября 1943 года был издан новый обширный закон (обнародован четырьмя днями позже), который вступал в силу с 1 января 1944 года с действием вспять. Этот закон касался молодежи в возрасте от 14 до 18 лет и действовал также на аннексированных землях. Было установлено, что дети моложе 14 лет не будут нести уголовную ответственность, однако, если в момент совершения действия, направленного против «безопасности народа», преступнику исполнилось 12 лет, то он будет рассматриваться как 14-летний. Здесь следует отметить, что даже эта возрастная граница часто не соблюдалась по отношению к польским детям.

Польские дети и подростки содержались в тюрьмах, находившихся как в ведомости полиции, так и судов. Из собранных документов следует, что в тюрьмы чаще сажали мальчиков, чем девочек. Девочек, как правило, арестовывали вместо родителей, если последних не было дома, а мальчиков очень часто как непосредственных виновников. Арестовывали детей крестьян за недоимки, детей, которые были вынуждены торговать, чтобы добыть средства к существованию, детей, нарушавших распоряжения немецких властей, таких, например, как запрещение входить в парки и на площадки для немецких детей. Таких причин было много. Особую категорию составляли дети, сотрудничавшие с движением Сопротивления, и дети, чьи родители активно боролись против оккупантов.

Самым тяжелым был для детей период, когда они переходили от жизни на свободе к жизни в неволе и должны были привыкнуть к этому. Дни, а зачастую недели пребывали они в полицейских комиссариатах, где к детям относились с крайней жестокостью. Над ними так же издевались, как и над взрослыми: морили голодом, били, запугивали.

Тадеуш Млынарчиковский, в то время двенадцатилетний мальчик, так описывает свой арест в Дембице в 1942 году: «Из нашей семьи сначала забрали на работы в Германию сестру, потам самого старшего брата, а когда брат убежал с работы, не желая трудиться только за скудную пищу у бауэра, и скрывался, немцы пришли за мной в школу и увели прямо с занятий. Меня посадили в тюрьму в Дембице, где было уже трое детей. Нас повели в полицию. Там нам никто не объяснил, за что нас арестовали, только взяли отпечатки пальцев и сфотографировали. Из полиции нас снова отправили в тюрьму. Перед тюрьмой стояла моя мать, которая хотела отдать мне чулки, но, когда я хотел взять у матери пакет, гестаповец ударил меня по лицу и втолкнул в тюремные двери».

Этого мальчика потом перевели в тюрьму в Тарнове, где, как он вспоминает, кроме него было около пятнадцати детей, а потом отправили в лагерь для детей недалеко от Лодзи.

Убивали детей в тюрьмах Павяк в Варшаве, Монтелюпи в Кракове, Замок в Люблине, Ротонда Замойская в Замостье, в тюрьме в Мысловицах, в Познани на улице Млынской и в Торуни в VII форте. Вот несколько фактов, полученных из показаний свидетелей и немецких источников: тюрьма в Мысловицах начала работать в июле 1940 года и была ликвидирована 26 января 1945 года.

В тюрьме находилось много детей, особенно после проведения 11 и 12 августа 1943 года в Силезии акции «Одерберг», целью которой было уничтожение польских семей. Примерно 200 детей было арестовано во время этой акции и отправлено в Мысловице, а оттуда в Потулице. Это были дети в возрасте от нескольких месяцев до двух лет; взрослых и юношей старше шестнадцати лет, арестованных при проведении акции «Одерберг», отправили в концентрационные лагеря. А детей моложе шестнадцати лет в лагерь, созданный на улице Пшемысловой в Лодзи. Из Мысловиц в лагерь в Лодзи были отправлены одним только транспортом 73 ребенка. Всего, за все время существования тюрьмы там находилось около 20 000 заключенных, из которых было уничтожено около 90%. Большой процент составляли дети.

В следственной тюрьме в Замостье, так называемой Замойской Ротонде, уничтожали польских детей. С октября 1939 года до июня 1940 года здесь проводились массовые казни — главным образом расправлялись с польской интеллигенцией. Потом, до зимы 1943 года, эта тюрьма служила пересыльным лагерем для жителей Замойщины, а в последний период оккупации в Ротонде была следственная тюрьма. Всего через Замойскую Ротонду прошло около 50 000 заключенных, из которых около 10% составляли дети. В тюрьме производились массовые казни детей. Были расстреляны, например, 36 карцеров, группа мальчиков в школьной форме, которых привезли на двух машинах. Во время казни юноши пели гимн «Еще Польша не погибла…».

В краковской тюрьме Монтелюпи, через которую за время ее существования прошло свыше 20 000 человек, было отведено специальное помещение для детей в возрасте до 10 лет. Обычно там пребывало около 70 детей, которых позднее отправляли в концентрационные лагеря или расстреливали.

В VII форте в торуньской тюрьме весной 1942 года были расстреляны 30 карцеров в возрасте от 13 до 16 лет. В Познани в VII форте находились даже 3-летние дети.

В Павяке, в Варшаве, тоже были дети. Около 30 детей родилось в его стенах. В варшавской тюрьме находились дети, привезенные вместе с родителями, дети, арестованные вместо родителей, а также дети, которых немцы обвинили в мелком саботаже. Судьба этих детей сложилась по-разному. Их отправляли в концентрационные лагеря Освенцим, Майданек, Равенсбрюк. Лишь немногим удалось выйти на свободу. Известен также факт, когда в Павяк привезли заложницами двух девочек 8 и 10 лет.

В 1943 году немцы привезли в тюрьму в качестве заложника шестимесячного мальчика. Эвали его Янушек. Младенца считали настоящим заключенным: имя мальчика фигурировало во всех картотеках. Кроме тюрем, находившихся в ведении полиции безопасности, существовали также уголовные тюрьмы, подведомственные судам. Маленьких детей часто отправляли в тюрьмы для несовершеннолетних, предназначенные для немцев и так называемых родственных рас.

Имелись в виду дети, признанные «ценными в расовом отношении», которые по немецкому законодательству совершили преступления. Немецкие тюрьмы, в которых сидели также и польские дети, были в Новогарде, Штуме, Дзержонёве, Волове, Грудзёндзе, Любаве. Эти тюрьмы предназначались для мальчиков. Тюрьмы для девочек находились в Олыптыне и Мальборке .

Расследование преступлений, совершенных по отношению к детям в тюрьмах, еще не закончилось. Становятся известными все новые факты и цифры, касающиеся молодого поколения нашей страны.

Не пропустите новые материалы. Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен.
Подписаться

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *