Догорали подбитые машины

подбитый танк
1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (1 оценок, среднее: 5,00 из 5)
Загрузка...

Я стою на наблюдательном пункте возле села Ближняя Игуменка. Отсюда поле битвы как на ладони. Вон со стороны Михайловского плацдарма против 81-й дивизии двинулся полк мотопехоты. Впереди — около 40 танков, движущихся колонной в форме буквы «П». На каждом «тигре» — автоматчики. За тяжелыми танками идут «фердинанды». Чуть дальше — «пантеры» и бронетранспортеры с пехотой.

Вот «тигры» и «фердинанды» поднимаются на возвышенность. На мгновенье останавливаются и жерла их пушек выбрасывают первую очередь огня и сизого дыма. Снаряды разрываются недалеко от нашей передней линии, почти около артиллерийских позиций.

«Остановить!» Я отдаю приказ командующему артиллерией: запрячь в работу все орудия! Вскоре прогремел первый ответный залп. Это открыли огонь противотанковые пушки. Присоединились к ним и пулеметы…

Стой, что это такое? Почему вдруг десятка два танков, отделившись от колонны, ринулись чуть левее? Навожу трубу. Против танков одна наша пушка. Она беспрестанно палит. Один «тигр» захлебнулся, вспыхнул огромным костром.

Позже я узнал, что во главе расчета стоял сержант Борискин. Перед началом боя он сказал своим товарищам:

— Не робеть, ребята! Пушка-матушка не подведет.

Когда на расчет кинулись сразу 20 танков, Борискин, со словами: «спокойно, ребята», прямой наводкой ударил по ближайшему «тигру» и не промахнулся.

— Видали? — обратился Борискин к артиллеристам, когда танк охватило пламенем. — Не так страшен черт, как его малюют. Давайте-ка еще!

Расположенный за надежным укрытием, расчет продолжал вести огонь. Его командир был ранен раз, ранен два, но на позиции ни на минуту не умолкал его твердый и звонкий голос:

— Снарядов! Наводи! Огонь!

Наверное, ствол пушки от беспрестанной стрельбы был красным. Но до этого ли! Одна забота — не подпускать ближе танки. Вокруг пляшут столбы взрывов. Все целые вражеские машины направили огонь на несокрушимый расчет. Осколки снаряда поразили сержанта Борискина и в третий раз, но командир орудия, пока не отбили атаку, оставался на посту.

Атака захлебнулась, и на какое-то мгновенье наступило затишье. Я позвонил Морозову:

— Молодцы гвардейцы, хорошо встретили! Значит, не разучились воевать!

— За полчаса вывели из строя сорок танков, истребили целый полк, — с гордостью ответил командир дивизии.

— Бейте их в том же духе! Обратите внимание на левый фланг.

Предупреждение было своевременным. Из наблюдательного пункта я заметил, как на противоположном берегу реки, к лощинам и прибрежным кустарникам, расположенным южнее населенных пунктов Пушкарное и Дальние Пески, противник стягивал танки, пехоту. К берегу подвозились средства переправы. По дороге Харьков — Белгород в этом же направлении шла большая колонна автомашин. Возможно, теперь, потерпев неудачу на участке, который обороняла дивизия Морозова, фашисты намеревались направить основной удар против 78-й дивизии. О своих соображениях я доложил командующему.

— Вполне возможно, — согласился он. — С этого направления не спускайте глаз.

— Хорошо бы направить туда нашу авиацию? — спросил я.

— Пока нет возможностей. Авиация поддерживает действия 6-й гвардейской армии генерала Чистякова. Там положение сейчас посложнее. А вы используйте свою артиллерию.

Я перенес свой наблюдательный пункт на новое место, на возвышенность у поселка совхоза имени Соловьева. Отсюда лучше просматривались и полоса 78-й гвардейской дивизии, и река Северный Донец с притоком Разумная, и противоположный берег.

В 11 часов 30 минут на 78-ю дивизию обрушились около сотни вражеских бомбардировщиков. В течение 20 минут они беспрерывно бомбили и поливали свинцом наши позиции. И вслед за этим началась артподготовка, еще более мощная, чем утром. Она длилась полчаса, и все это время различить что-либо на передней линии было невозможно — от края и до края стояла стена вздыбленной земли, пыли и дыма. Под таким прикрытием врагу удалось в нескольких местах переправиться через реку.

И вот сейчас наши подразделения, обороняющие участок севернее села Нижний Ольшанец, атаковали около 150 танков и пехотная дивизия. В тот же момент со стороны разъезда Крейда на 238-й полк 81-й дивизии двинулись 50 танков и два полка пехоты, а с Михайловского плацдарма полк мотопехоты и несколько танков. Было ясно: немцы, выполняя приказ своего командования, сделают все, чтобы прорвать линию обороны корпуса, выйти на дорогу Белгород — Короча и соединиться с частями, действующими на Белгородско-Оболенском направлении.

Мы подключили в дело всю артиллерию дивизий. На передовой были пущены в ход противотанковые ружья, пулеметы, автоматы, гранаты. Атака захлебнулась. Но мы все же не сумели отбросить врага за реку. Плацдарм остался в их руках. И на этом новом плацдарме было сконцентрировано около двухсот танков и двух пехотных дивизий. Большинство машин — «тигры» и «пантеры». По флангам — самоходные «фердинанды».

Я вместе с командующим артиллерией корпуса полковником Кудряшовым и адъютантом Петровым поспешил на наблюдательный пункт 78-й дивизии. Он располагался на северной окраине Крутого Лога у самой опушки леса. Там и встретил нашу машину комдив Скворцов.

— Один остался, — сказал он. — Заместителей отправил по частям, начальник политотдела в 255-м полку.

Берем в руки бинокли. Над полем боя висит черный дым. Кроме охваченных огнем танков и автомашин, ничего не видать. Где же наши?

Звоню командирам полков, расположенных на передней линии. Трубку берет командир 255-го полка майор Д. С. Короленко.

— Первый батальон капитана Зорина остался в окружении у Нижнего Ольшанца, — докладывает он. — Точных сведений о его положении нет. Направил па связь несколько человек, но пока никто не вернулся. Остальные батальоны за железнодорожной насыпью. Готовятся к отражению атаки…

— Сегодня вы воевали хорошо, — сказал я. — За железнодорожное полотно держитесь крепко. А Зорину надо помочь артиллерией.

Другие полки дивизии также находились вдоль насыпи. Перед уходом поставил перед генералом Скворцовым задачу — дальше не отступать и держать оборону до подхода ударной группы корпуса.

Но немцы не стали ждать, пока мы развернем резервы. В 17 часов гитлеровцы на участке от разъезда Крейда до Нижнего Ольшанца открыли сплошной артиллерийский огонь, который был еще более продолжительным и сильным, чем утром. Как только умолкли орудия, снова появились бомбардировщики. Бомбовые удары направлялись на те же позиции — железнодорожную насыпь, Разумную, Крутой Лог. Не успели передохнуть после первого налета, как над нами снова появились около сотни самолетов. А когда и они отбомбились, защитников 78-й дивизии противник атаковал 150 танками и одной пехотной дивизией. Кроме того, против левого фланга 81-й дивизии при поддержке 40 танков наступали два полка пехоты. В этот критический момент мне позвонил Морозов.

атака немцев вов

 

— Из Михайловского плацдарма на Старый Город начали наступление еще около сорока танков и один пехотный полк.

Значит, подумалось мне, враг хочет прорвать оборону сразу в нескольких местах. Его можно было остановить только стеной огня.

По моему приказу огонь открыли сразу все орудия корпуса. К ним подключились вкопанные в землю танки, противотанковые ружья и пулеметы. Грянул залп «катюш». А враг все ломился вперед.

Наша авиация все еще была занята в другом районе. Пользуясь этим, в небе хозяйничали немецкие самолеты. К семи часам врагу все же удается оттеснить нас назад и перейти на другую сторону железнодорожного полотна.

В восемь вечера позвонил Скворцов.

— Положение скверное, товарищ генерал. Прорвались танки. Идут на Разумную, Нижний Ольшанец в руках противника.

— Через десять минут буду у вас, — сказал я и бросился в машину.

К моменту моего прибытия в дивизию Скворцова огонь второго эшелона остановил наступление противника, и его пехота уже окапывалась. Генерал Скворцов был крайне озабочен положением дивизии и собирался перейти на запасный наблюдательный пункт.

— Пока останетесь здесь! — сказал я ему. — С наступлением темноты перебросите полки первого эшелона на линию Разумная — Крутой Лог. К утру на рубеж Крутой Лог — Генераловка подойдет ударная группа корпуса. Будете действовать совместно. А сейчас установите связь с командиром 73-й дивизии полковником Козаком.

Отсюда же я позвонил командарму. Рассказал о создавшемся положении и попросил разрешения вывести ударную группу на намеченные позиции. Командарм согласился с моими доводами и в свою очередь попросил во что бы то ни стало удержать линию обороны.

Опустилась ночь, тревожная и беспокойная. Конечно, об отдыхе даже нельзя было и думать.

На поле боя догорали подбитые машины. Время от времени тонкую пелену ночной тишины то здесь, то там прорывали оглушительные взрывы бензобаков. Тогда в небо вскидывались столбы огня, озаряя всю округу. Но через мгновенье на поле опять оставались лишь разрозненные костры, оранжевые языки которых не столько светили, сколько коптили и зловеще оттеняли останки машин и орудий.

Не пропустите новые материалы. Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен.
Подписаться
6 комментариев на тему “Догорали подбитые машины
  1. Последняя картинка красива, но не соответствует содержанию текста… Потому как на ней немцы в Арденнах изображены, вроде как.
    И, опять, немцы сплошь на «Тиграх», «Пантерах» и прочих «Фердинандах». Уже оскомину набило…

    1. …ну сами фердинанды были на северном фасе ,у Моделя…а так это было общее название самоходок..ибо их был у фашиков разнообразный ассортимент..и их перечислять —это маразм…

  2. Статья эта — обрывки воспоминаний. А подробно события борьбы 7-й гвардейской армии Шумилова и 69-й армии Крючёнкина против армейской группы Кемпфа (в составе 3 танкового корпуса Германа Брейта, 42 и 11-го армейских корпусов) описано в книге Валерия Замулина «Забытое сражение огненной дуги». Армейская группа генерала Кемпфа наносила вспомогательный удар восточнее Белгорода — а главный удар северо-западнее Белгорода наносила 4 танковая армия Гота двумя танковыми корпусами — 48-м ТК (Кнобельсдорфа) 2 -й ТК СС (Хауссера). 81-я гвардейская дивизия Морозова дралась с 3-м ТК корпусом Брейта — несколько раз она отбивала атаки пехоты и танков так, что в немецких штабах участок её обороны у Белгорода стали злобно называть «осиным гнездом» — там полегли тысячи гренадёров и сгорели десятки танков, но продвинуться не смогли. Поэтому немцы перенесли удар восточнее на соседние 78-ю и 73-ю дивизии. А участок 81-й дивизии фактически рассёк боевые порядки немцев — танковые корпуса Брейта и Хауссера долго не могли обрести «локтевой связи» между собой и быстро продвигаться в глубь советской обороны. Их атаки свелись к кровопролитному «прогрызанию» советской обороны с большими потерями в танках и пехоте. Дивизия Морозова стойко дралась до самого окончания оборонительного сражения и в порядке отступила. Она, конечно, понесла большие потери (по большей части ранеными) и уменьшилась до «штатного полка», но нанесла немцам страшные потери. Вся 7-я гвардейская армия Шумилова (бывшая 64-я армия, оборонявшая район южнее Сталинграда (пригород Бекетовку) в Сталинградской битве) держалась очень стойко и не пропустила врага, нанеся тяжёлые потери и 3 ТК танковому корпусу Брейта, и 11-му армейскому корпусу Рауса.

  3. Автору нужно четко указывать хронологию событий. Тогда становится более понятно, какая техника применялась и о чем вообще речь. Все конечно сосредоточили свое внимание на главных сражения Второй мировой. Но именно такие стратегически не самые важные победы смогли сдержать фашистов и в конечном итоге победить.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *