Граната от девушки — младшего лейтенанта

Граната от девушки
1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (2 оценок, среднее: 5,00 из 5)
Загрузка...

Буквально за три июльских дня 1941 года был сформирован наш медико-санитарный батальон. Как только получили палатки, аптеку и прочее имущество и снаряжение, сразу началась напряженная учеба. Врачам, сестрам, санитарам следовало до выступления на фронт освоить то, что могло понадобиться в боевой обстановке. Занятия шли и днем и ночью, отдыхали не больше шести-семи часов в сутки.

Говорят, тяжело в учении — легко в бою. Нет, на Приморском плацдарме легко не было. У меня имелся некоторый боевой опыт—побывала на Халхин-Голе и Карельском перешейке. Но обстановка, с которой столкнулся батальон на Приморском плацдарме, оказалась значительно сложнее. Здесь, в сущности, не было тыла, где обычно располагается медико-санитарная служба. Кромка земли, оставшаяся в руках наших войск, была такой узкой, что за спиной даже без бинокля виден Финский залив. «Пятачок» простреливался насквозь, а ведь на первых порах службы батальона располагались в палатках, весьма уязвимых осколком и пулей. До передовой — рукой подать. Правда, имелось в этом и преимущество: из-за небольших расстояний раненый попадал к хирургам быстро, что имело существенное значение для восстановления его здоровья.

Особенно трудно было, пока не стабилизировалась наша оборона. Отходя вместе с частями дивизии, нам дважды пришлось оставить некоторое количество имущества,— не на чем было увезти, не хватало транспорта. Но какой бы спешной ни оказывалась передислокация, ни разу ни одного раненого не оставили. Не скажу, какой из взводов батальона лучше работал в боевой обстановке. Огромную самоотверженность проявляли все. Вот раненый поступил в сортировочный взвод, которым командовал военврач 3-го ранга Ольга Степановна Ковырзанова. Боец находился в бессознательном состоянии. Его тотчас переправили в специальную шоковую палатку. Военфельдшеры Валентина Изотова и Мария Петрова, старшая сестра Нина Богданова стараются сделать все, чтобы он скорее вышел из этого состояния.

Можно ли испытать счастливее мгновение, чем то, когда человек, вырванный у смерти, вновь откроет глаза, начнет возвращаться к жизни!

С тяжелораненым сложно еще и потому, что, чувствуя свою беспомощность, неподвижность, он часто испытывает страх перед бомбежкой, артобстрелом, к которым в ином положении вполне привык. Он боится: не оставят ли его в трудной обстановке? Медики из сортировочного взвода скажут вовремя ласковое слово, под-бодрят— смотришь, раненый успокоился, сомнения его рассеялись. А иной, глядя на мужественное поведение девушек, словно не замечающих разрывов снарядов и мин, сам устыдится своего страха, постарается избавиться от него.

Сердце медсанбата — операционно-перевязочный взвод. Здесь были ведущий хирург военврач 3-го ранга Г. М. Цыпин, его заместитель Г. А. Холдяков. Ближайшие их помощники — старшие сестры Лебедева, Генералова, санинструктор Овечкина. Пока мы находились на плацдарме, ни на один день не прекращалась работа в операционной. Когда шли напряженные бои, хирурги, сестры не отходили от операционных столов по двое- трое суток. Выйдет из строя движок, что случалось часто, — оперировали при свечах и даже лучинах. Спокойным считался день, когда удавалось выкроить четыре-пять часов, чтобы поспать и поесть горячей пищи.

Тысячи воинов прошли через нашу операционную и вернулись в строй. Не случайно так много хороших слов, добрых чувств изливается в адрес медработников при встречах ветеранов даже столько лет спустя. А уж подвиг санитаров, санинструкторов, находившихся непосредственно на переднем крае, и вовсе незабываем. Ведь им приходилось труднее всех. В дождь или снег, днем или ночью ползли вслед за бойцами, перевязывая раны, оказывая первую помощь прямо под огнем, потом тянули на себе раненого в укрытое место, чтобы отправить дальше, на батальонный или полковой пункт. Не забыть Ольгу Согневу, маленькую, хрупкую: несет на себе раненого, из сил выбивается, плачет, а несет. И Веру Данильченко, ее подругу: ни за что не хотела ждать конца обстрела, вытащит одного бойца — сразу ползет за следующим.

Военфельдшеры Александра Никитина и Анна Захаренко вынесли с поля более сотни раненых с их оружием. Эти две девушки первыми в дивизии удостоились высокой боевой награды — ордена Красного Знамени. А военфельдшер Тамара Власова, бывшая студентка 1-го Ленинградского мединститута, отлично выполнявшая свои прямые обязанности, не раз вызывалась сопровождать наших разведчиков, ходила вместе с ними в расположение противника.

Граната от девушки

Между медсанбатом и передним краем находилось болото. Раненых приходилось переправлять через него — другого выхода не было. Накидали по кочкам накатник из мелких бревен, но санитарные повозки, двигавшиеся по нему, ужасно трясло, причиняя боль раненым. Повозки едва ползли, квалифицированная помощь отдалялась во времени. А ведь известен незыблемый закон: хирургическая обработка раны должна производиться не позже чем через восемь часов, иначе возможен неблагоприятный исход.

Возникла мысль создать полевой хирургический от-ряд и разместить его у переднего края на таком же удалении, как полковой медицинский пункт. Устав медицинской службы такого не предусматривал, но здесь создались особые условия. Я доложила об этом начальнику санитарной службы. Он одобрил инициативу, но предупредил:

— Нападут на людей фашисты — пойдешь в штрафбат.

Все же решили рискнуть, дело того стоило. В полевой хирургический отряд выделили самых квалифицированных медиков. Возглавил его военврач 3-го ранга Т. Н. Смирнова. С ней работали санинструкторы Л. Н. Овечкина, Т. Н. Раннефт, медсестра Н. Г. Бархатова и другие. Отряд отлично справился с заданием, его медики спасли жизнь многим бойцам и командирам.

Очень трудно было эвакуировать раненых не только с передовой в медсанбат, но и в тыл — отправляли с плацдарма только через залив. Из-за налетов вражеской авиации погрузку на плавсредства вели главным образом ночью, чтобы раненые успели достигнуть места назначения пока не рассеялся предрассветный туман. Конечно, в работе медсанбата бывали и неудачи, но повторяю еще раз: ни один раненый по нашей вине не погиб.

Расскажу о судьбе некоторых девушек, названных здесь. Власова теперь работает врачом в Туле. Богданова, вынесшая с поля боя более ста раненых, была сама ранена в голову, эвакуирована и на фронт не возвратилась. Заслуженную боевую награду ей вручили уже в мирное время.

Овечкина попала к нам случайно. Фашисты расстреляли ее отца, угнали в Германию мать. Девочка же с братом убежали в лес и скрывались там. Наш врач Н. В. Попов встретил их, привел в медсанбат. Хрупкая девочка быстро освоилась с работой санитара, вскоре стала санинструктором. Сейчас она геолог, живет в Днепропетровске. На пограничной заставе до войны служила медсестрой смоленская девушка Надя Бархатова. Война застала ее в отпуске. Военкомат направил ее к нам.

— Где хотите служить? — спросила я.

— Пошлите на передовую, — ответила Надя. Ведь я комсомолка и уже служила в армии.

Младшего лейтенанта Бархатову направили в саперный батальон, который все время нес большие потери. В тот трагический день фашисты прорвались на одном из участков. Был сильный бой, Надя в землянке перевязывала раненых. И вдруг за спиной услышала:

— Рус, сдавайся!

Девушка не потеряла самообладания, схватила гранату, бросила под ноги гитлеровцам (двух убитых фашистов потом нашли на этом месте наши бойцы). Боясь плена, вторую гранату Надежда Гавриловна бросила под ноги себе…

Позже погибли Шура Никитина — под Невской Дубровкой и Таня Раннефт — на Волховском фронте. Таня до войны училась на биолого-почвенном факультете Ленинградского университета. Вступила в народное ополчение. Когда ее полк разбили фашисты, она с группой из 18 бойцов вышла на позиции нашей дивизии. Бойцы утверждали, что именно Таня вывела их из окружения. В короткой схватке она убила вражеского мотоциклиста и потом постоянно носила захваченный у него автомат.

Назначенная санинструктором в стрелковую роту 1064-го полка, она вместе с ротой участвовала в атаке. Пулеметный огонь из дзота не давал нашим бойцам подняться. Тогда, бросив связку гранат в амбразуру, бесстрашная девушка заставила пулемет замолчать. Но и героиню сразил фашистский снайпер.

Многих врачей, фельдшеров, санитаров похоронили мы на ленинградской земле. Они погибли, выполняя свой долг. Память о них — священна.

Не пропустите новые материалы. Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен.
Подписаться

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *