История проституции в нашей стране

История проституции в нашей стране
1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (3 оценок, среднее: 5,00 из 5)
Загрузка...

Если говорить о русском обществе в исторической ретроспективе, то сведения о профессиональных проститутках встречаются относительно поздно. Само по себе ругательство «б**дь» зафиксировано уже в уставе князя Ярослава. Оно употреблялось только по отношению к женщинам. Однако из контекста Устава понятно, что под «б**дью» в нем понимается неверная супруга, или, в крайнем случае, регулярно ведущая разгульный образ жизни женщина, но не проститутка в техническом смысле слова. Так или иначе, в Уставе Ярослава это слово сохраняет статус инвективы, а не обозначения какого-то устойчивого социального статуса.

Впервые некую институализацию «б**дей» в качестве социальной группы можно предположить только в Судебнике 1589. Там «б**ди» наряду с «видьмами» попали в перечень социальных категорий, расположенных по убывающей степени социального положения. «А б**дям и ведуньям бесщестья две денги по их промыслом». То есть за бесчестие б**дям и ведьмам предусмотрено возмещение. Небольшое, конечно, всего две деньги (т.е. одна копейка), но за ними идут разбойники, которым возмещение за бесчестье вовсе не полагается в виду отсутствия у них чести. То есть, с точки зрения законодателя, «б**ди» являются представителями общественных низов. Однако и они имеют свою, не очень весомую, но все-таки честь. Их деятельность считается легальной, а личность защищена законом.

В конце XVII–нач. XVIII в. к проституции («б**дням») возобладало отрицательное отношение. В III томе Полного собрания законов Российской Империи опубликован Наказ ярославскому воеводе стольнику Степану Даниловичу Траханиотову от 13 октября 1697 года. В наказе очень подробно и обстоятельно расписывается порядок, в котором новый воевода должен был содержать вверенную его попечению волость. Стольнику предписывали накрепко беречь вверенную ему территорию от разного рода уголовных и административных преступлений, среди которых были и «б**дни» – то есть организация проституции. Проституция не выделяется здесь в специфическую область, а идет как составная часть общего беспорядка. Она располагается между корчмами и табакокурением, то есть является не столько преступлением сама по себе, сколько элементом «криминогенной обстановки».

В наказе может удивить запрет на курение табака, ведь мы знаем, что Петр Великий курение табака приветствовал и даже насаждал. Однако нужно понимать, что хотя наказ воеводе и давался от лица государя, но сам двадцатипятилетний царь не участвовал в его составлении. Инструкция воеводе – результат работы русской государственной машины, которая в силу чиновничьей косности разворачивалась достаточно медленно. То есть в наказе мы видим не новацию петровского времени, а общий взгляд на криминал, сложившийся в Москве в XVIII в. Впрочем, петровская эпоха изменила отношение к табаку, но не изменила отношение к проституции. На законодательном уровне проституцию продолжали преследовать.

Это оформлялось сенатскими указами и императорскими распоряжениями, призванными сократить количество публичных домов. В 1782 г. Екатериной II был утвержден «Устав Благочиния или Полицейский» – весьма своеобразный документ, отражающий некоторую сумбурность этико-правовых представлений самой императрицы. В нем моральные нормы были переплетены с правовыми, а «душеполезные» назидания соседствовали с санкциями за, говоря современным языком, административные правонарушения. Между статьей, запрещавшей мальчикам старше семи лет входить в женские бани, и статьей, запрещавшей использовать бранные слова в общественных местах, при благородных господах и женщинах, располагались статьи о запрете проституции. Причем, речь в уставе шла о запрете проституции, организованной с особым размахом. Это были не просто какие-то несчастные женщины, стоявшие вдоль дорог. При тогдашней интенсивности движения это было нерационально. Речь шла о запрете создания целых публичных домов. Устроителю публичного дома грозило заключение в «смирительном доме» и большой штраф.

Однако все попытки пресечь торговлю телом оказались безрезультатны. И тогда было принято решение вывести проституцию из «теневого бизнеса» и поставить под надзор полиции. Причем, реализовано это было весьма радикально. Была проведена не просто декриминализация проституции, но её легализация, т.е. введение в правовое поле и в зону государственного регулирования. В 1844 г. министром внутренних дел были утверждены «Правила содержательницам борделей», в которых прописывались общие организационные и санитарные рамки быта и работы проституток. Согласно этим правилам, проститутки должны были становиться на учет в полиции, периодически подвергаться медицинскому осмотру и сами следить за своим здоровьем. Для проституток было предусмотрено специальное удостоверение, т.н. «желтый билет», в котором делались регулярные отметки о прохождении медицинских осмотров. Кроме того, в билете содержалась краткая памятка регламентировавшая «права и обязанности».

Помимо обязанности два раза в неделю проходить медицинское освидетельствование они должны были воздерживаться от излишнего потребления вина, по возможности скромно себя вести, не зазывать к себе случайных прохожих и не ходить, собравшись по несколько человек вместе. С чем связано последнее требование – сказать сложно. Быть может, правительство опасалось каких-нибудь массовых выступлений «работниц сексуального фронта». Примечательно, что в тех же правилах было прописано, что содержательница борделя могла изымать в свою пользу три четверти её заработка. Так что дореволюционных проституток смело можно причислить к угнетенным слоям населения. Конечно, у содержательницы борделя были и обязанности. Она должна была предоставить проститутке питание, «обмундирование» и пристойное помещение. Однако выполнялось это далеко не всегда.

Бедственное положение проституток весьма трагично показано в повести А.И. Куприна «Яма».

Тем не менее, проституция была выведена из криминальной сферы. Заявить, что проститутки теперь – столь же респектабельные члены общества, как и представители всех прочих профессий у законодателя духу не хватило, поэтому новая политика была названа политикой «терпимости» к проституции. Т.е. обществу приходилось как бы терпеть это зло во избежание проблем еще больших. Отсюда и название публичных домов: «дома терпимости».

В советское время ситуация кардинально изменилась. Согласно марксисткой теории социально-экономической базы для проституции в СССР не было. Значит, её быть не должно. То, что реальность от теории отличается мало кого смущало: раз не должно – значит и не будет. Проституцию стали ликивидировать силовыми методами. «Жриц любви» собирали в специальные учреждения закрытого типа, где они проходили «трудовую реабилитацию». Другими словами проституток сажали в лагеря. И через некоторое время проституция как явление была действительно ликвидирована.

Специальных уголовных или административных статей за проституцию в советских законах не было, и быть не могло. Ведь официально считалось, что проституция отсутствует по причине более глубокой, чем банальный запрет. Для желающих заняться ею были иные методы воздействия. Прежде всего, статья за «тунеядство» (209 УК РСФСР). Человек, который нигде официально не работал, подлежал уголовному наказанию вплоть до тюремного заключения. Так или иначе, но трудоустраиваться приходилось, а совмещать работу проститутки с трудом, например, ткачихи было невозможно. Тем более что советский трудовой коллектив был весьма сплоченным организмом, обладавшим большим набором инструментов воспитательного воздействия. Понятно, что в любой сети можно отыскать прорехи. Были женщины «свободных нравов», которые в некоторых ситуациях могли брать с мужчин деньги. Но как массовое явление регулярная проституция в СССР действительно отсутствовала.

Перестройка кардинально изменила эту ситуацию. Ослабление контроля над частной жизнью граждан привело к возрождению старинного промысла. Кроме того, в искусстве наметился отчетливый тренд на поэтизацию «древнейшей профессии». В 1989 году на экраны СССР вышел фильм «Интердевочка», посвященный судьбе представительницы особенно престижной «касты» советских проституток – проститутки валютной, обслуживавшей иностранцев в гостиницах. Главную роль в фильме талантливо сыграла Елена Яковлева. Возможно, фильм задумывался авторами как социальная трагедия. Главная героиня на протяжении всего фильма страдает. Её мать, простая советская учительница, узнав о ремесле дочери, кончает жизнь самоубийством. Швеция, куда Интердевочка уезжает с богатым мужем, оказывается чуждой, враждебной страной и пр.

Однако эффект от фильма оказался совершенно нелинейным. Обаятельная героиня Елены Яковлевой оказывается образцом и примером для подражания для миллионов советских девочек и девушек. Это не означает, конечно, что все эти миллионы подались в проститутки. На такое количество проституток не нашлось бы достаточно платежеспособных потребителей. Но факт: по опросам школьников конца 80-х – нач. 90-х. валютная проститутка оказалась в топе престижных профессий, решительно потеснив оттуда привычных в советское время врачей и учителей.

История проституции в нашей странеЖизнь проститутки в фильме показана как интересное приключение сильной и волевой женщины, протекающее на фоне шикарных заграничных шмоток и автомобилей. Современному российскому школьнику, пожалуй, уже и не понять, какое впечатление производили на позднесоветского школьника иностранные джинсы; сложно понять, как желание обладать белыми кроссовками может стать основой выбора жизненной стратегии, направленной на продажу собственного тела. Но в тот момент все выглядело предельно логично. Производительный труд на производстве в кон. 80-х мог дать советскому человеку лишь убогий минимум. А ко всему более интересному другого понятного школьнику пути не было.

Сейчас ситуация изменилась. Поэтизация проституции сменилась вполне трезвым к ней отношением. Молодежь, в целом, осознает, что хлеб проститутки нелегок. Поэтому о такой «карьере» уже никто не мечтает. Хотя опросы показывают, что в целом молодежь не против проституции как таковой, но где-то вне своей собственной жизненной траектории.

В России проституция преследуется по закону: влечет наложение административного штрафа в размере от одной тысячи пятисот до двух тысяч рублей. Организация занятия проституцией, т.е. сутенерство наказывается уже по уголовному кодексу и наказывается существенно большим штрафом или даже тюремным сроком до пяти лет. В случае же наличия отягчающих обстоятельств (например, вовлечение в проституцию несовершеннолетних) – до дести лет. Тем менее «коммерческая любовь» продолжают существовать.

Автор: Вадим Викторович Долгов — российский историк и писатель. Доктор исторических наук, профессор.

Не пропустите новые материалы. Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен.
Подписаться

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *