К 6 часам утра наша операция была завершена

война
1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (5 оценок, среднее: 5,00 из 5)
Загрузка...

Отдельный батальон дивизии, который именовался тогда учебным, расположился в небольшой лесной чаще села Копиевка на Винничине. Командовал батальоном капитан И. Л. Попов. Я же после госпиталя был назначен комсоргом батальона и много раз побывал с ним в тяжелых боях. Батальон использовался в основном как резерв командира дивизии и направлялся в бой зачастую внезапно, с ходу, туда, где надо было срочно закрыть образовавшуюся брешь на участке какого-либо полка. Одновременно он был как бы батальоном специального назначения. Здесь формировались и отсюда уходили специальные группы в тыл врага для выполнения важных заданий.

Именно такое задание получили мы утром 12 марта 1944 года. В этот день меня срочно вызвал командир батальона. Когда я прибыл к нему, то увидел там командира 1-й роты капитана М. С. Бакетина и не знакомого мне офицера из штаба дивизии. Возле штаба стояла легковая машина типа «Виллис».

— Вас и Бакетина вызывает командир дивизии,— сказал комбат,— Получите важное задание. За вами прибыл офицер на машине. Езжайте. Когда вернетесь, доложите.

— Есть!— почти одновременно ответили мы и пошли вслед за офицером к машине.

Командир дивизии генерал-майор А. Д. Румянцев принял пас сразу же. Вместе с ним в штабном автобусе находились начальник политического отдела полковник Котов и начальник штаба дивизии майор Т. С. Басий.

— Разговор короткий,— сказал генерал.— В вашем батальоне сегодня будет сформирован специальный отряд для заброски в тыл противника. Командиром назначен капитан Бакетин, а замполитом вы, лейтенант Гончаров.

И, немного подумав, продолжил: — Ваша задача: пробраться в тыл, связаться с местными партизанскими отрядами, во взаимодействии с ними захватить у села Волчек переправу через Южный Буг и удерживать ее до подхода наших частей. Ясно?

— Так точно!—быстро ответили мы.

— Подробности и маршрут движения уточните с начальником штаба и начальником разведки. Желаю успеха. Вы свободны.

После уточнения и решения всех вопросов в штабе дивизии мы возвратились в батальон, где уже полным ходом шла работа по формированию отряда. И мы сразу же подключились к ней. Подбирали в отряд хороших и надежных бойцов, занимались их экипировкой, готовили оружие и боеприпасы, уточняли маршрут движения и место встречи с партизанами, беседовали с коммунистами и комсомольцами.

Отряд был сформирован из четырех взводов: пулеметного, минометного, автоматчиков и взвода ПТР. Всего в отряде было 86 человек, хорошо подготовленных, надежных бойцов, имеющих за плечами богатый фронтовой опыт.

Вечером меня пригласил замполит батальона капитан В. Морозов. После короткого инструктажа и дружеских напутствий сказал: — Задача нелегкая и трудности предстоят немалые. Но уверен, что вы их одолеете. И еще. Сдерживай там Бакетина.

Я понял его намек. С Бакетиным мы уже ходили однажды в тыл врага, участвовали и в других боях. Это был смелый офицер. В самой сложной боевой обстановке он умел руководить подчиненными. Только нередко был горяч в бою. Это, видимо, и имел в виду замполит. Но бойцы любили ротного. Они были готовы пойти с ним, как говорится, в огонь и в воду.

И вот мы уже за линией фронта. Сразу же углубились в лес. Торопились, боялись опоздать на встречу с партизанами. Каждый километр давался с трудом. Тяжелее всех было нашим минометчикам и бронебойщикам. Они несли на себе плиты, стволы, противотанковые ружья, боеприпасы. Автоматчики (они были нагружены меньше) вели разведку маршрута, обеспечивали боевое охранение отряда. Передвигались тихо, шли лесом, подальше от населенных пунктов. Обходили их стороной. Кругом стояла чуткая тишина, будто не было войны, пьянили запахи весны.

война

Я шел и думал о нелегкой судьбе десантника. Когда после партизанского отряда учился в воздушно-десантной школе, вместе со своими сверстниками мечтал о том, как нас будут забрасывать с парашютами в глубокий тыл врага, будем совершать дерзкие диверсионные операции. Жили этой мечтой и в период короткого пребывания в той маневренной воздушно-десантной бригаде, где готовились к десантированию в тыл врага и еженедельно совершали по нескольку сложных комбинированных прыжков.

Но когда в декабре 1942 года из бригад была сформирована наша дивизия, а в феврале 1943 года нас посадили на грузовые машины и повезли на Северо-Западный фронт, бросили с ходу в тяжелые бои под Демянском, как обыкновенную пехоту, пришло некоторое разочарование. Признаюсь, было порой обидно, когда бойцы соседних стрелковых частей часто подтрунивали над нами, называя «голубой пехотой», так как у нас были голубые петлицы.

И все-таки мы гордились своей дивизией, которая носила почетное наименование «Гвардейская воздушно-десантная». Ведь использовали ее на самых ответственных участках, перебрасывая с одного фронта на другой, ставили на прорыв сильно укрепленных рубежей противника. А после опять грузили на машины, а чаще всего своим ходом перебрасывали на новое направление, где снова приходилось взламывать вражескую оборону. И вот с тяжелыми боями уже третий год подряд шла голубая пехота вперед, на запад.

Так, задумавшись, почти и не заметил, как остановилась наша колонна. Раздумья прервал командир: — В четырех километрах Тодоровка. Разведчики пошли на поиски партизан. Будем ожидать здесь. Можно отдохнуть и перекурить.

Было около трех часов ночи. Вскоре вернулись разведчики, а с ними еще 4 человека, в кожаных куртках, в шапках-кубанках, с нашитыми на них красными ленточками. Это были командиры и комиссары местных партизанских отрядов. Познакомились. Оказалось, что они уже знали о нас и с нетерпением ожидали в условленном месте.

Помню, наскоро состоялось совещание. В нем участвовали и командиры взводов лейтенанты И. Барбасов, К. Яковлев, А. Мокряков, старшина П. Козачек. Партизанские командиры рассказали о здешней обстановке, жестокостях гитлеровцев. Высказали предположение, что они, видимо, готовятся к отступлению. В Тодоровке — большой гарнизон, состоящий из тыловиков. Фашисты бесчинствуют, угоняют молодежь в Германию. По их данным, в помещении бывшего клуба сейчас собрано для отправки около 50 человек.

Мы проинформировали их о нашем задании, изложили свой план совместных действий. Партизан это обрадовало. В свою очередь они попросили оказать им помощь в разгроме гитлеровского гарнизона в Тодоровке и освобождении людей, которых фашисты собирались отправить в неволю. Ввязываться в бой в Тодоровке не входило в наши планы. Но и в просьбе партизанам не могли отказать. Мы связались по рации со своим штабом и только тогда приняли окончательное решение. Давая нам «добро» на операцию, нас предупредили, что сроки захвата переправы через Буг остаются те же — к 6 часам утра 14 марта. Вот, мол, из этого и исходите.

К селу подошли около пяти утра. Сосредоточились на его окраине. Тишина. Операция была рассчитана на внезапность. Расчет был правильным. И вот предрассветную темноту прочертила красная ракета. Отряд пошел в наступление. Шли сначала тихо, без стрельбы, но, не доходя до крайних домов, услышали в противоположной стороне автоматные очереди и крики «ура!». Это партизаны. Тогда мы открыли огонь и, поднимая как можно больше шума, ворвались в село.

Заметались, открывая беспорядочную стрельбу, полураздетые гитлеровцы. Через полчаса село со всех сторон было окружено, и мы стали прочесывать улицы, проверять дома, сараи и подвалы: фашисты, поняв свое бессилие, стали сдаваться в плен. Партизаны захватили помещение клуба и освободили около 30 парней и девушек, которых фашисты собирались угнать в Германию. К 6 часам утра наша операция была завершена. В этом бою мы не потеряли ни одного бойца, а уничтожили 25 гитлеровцев, 76 солдат и офицеров взяли в плен. Были и трофеи: 36 исправных машин, 78 повозок с боеприпасами и продовольствием и около 180 лошадей. Ими по-хозяйски распорядились партизаны.

Не пропустите новые материалы. Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен.
Подписаться

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *