Как Москва стояла против фашистов

Как Москва стояла против фашистов
1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (2 оценок, среднее: 5,00 из 5)
Загрузка...

С 13 июля вражеская авиация неоднократно пыталась прорваться к Москве, прячась в облаках на огромной высоте. Но фашистские самолеты долетали только до Подмосковья, где их уничтожали или отгоняли.

В ночь на 22 июля была предпринята решительная попытка нанести удар с воздуха в сердце нашей Родины. Сотни фашистских самолетов четырьмя эшелонами шли на Москву. Первый, насчитывавший 70 машин, быстро попал в лучи прожекторов. Встреченный нашими ночными истребителями, он, не долетев до цели, сбросил бомбы за пределами города и поспешно ретировался. То же самое произошло со следующими тремя эшелонами. Лишь одиночные самолеты врага прорвались к столице.

В эту ночь в Москве тревожно выли сирены и голос Левитана возвестил:

— Граждане! Воздушная тревога!

Я был в тот момент на крыше здания Высшей пограничной школы, где находился наш пункт наблюдения ПВО. Где-то совсем близко загрохотали зенитные орудия. Ударили пулеметы. Слышались даже винтовочные выстрелы. И вот запылал в небе один вражеский бомбардировщик, за ним второй, оба они рухнули наземь.

Так встречала Москва фашистских асов. И хотя им все же удалось сбросить бомбы в нескольких районах города, огонь был быстро и организованно потушен.

Вот упали две зажигалки на крышу соседнего дома. Седой старик — дежурный боец группы самозащиты — мгновенно схватил одну из них, бросил в песок, накрыл ведром. Его напарник столкнул вторую зажигалку на землю, а там ее быстро и ловко засыпали песком.

В ту ночь я видел, как самоотверженно работало звено из восьми юношей и девушек, потушивших пожар в 43-й школе и в соседнем жилом доме, как дружина добровольцев, рискуя жизнью, мощными струями воды из шлангов сбивала огонь, грозивший охватить жилые дома и крупный материальный склад близ Белорусского вокзала.

Как Москва стояла против фашистов

Так было везде, где падали фашистские бомбы. Противовоздушная оборона столицы выдержала суровый экзамен. Наши истребители и зенитная артиллерия сбили 22 вражеских самолета.

23 июля немцы повторили налет, пытаясь достигнуть Москвы на высоте в семь с половиной тысяч метров. Треть из них еще на дальних подступах к столице была обращена в бегство, большинство остальных не смогло пересечь зону зенитного огня. Это удалось лишь немногим, но и они не осмелились приблизиться к намеченным объектам и сбросили бомбы с очень большой высоты, не причинив существенного вреда. На этот раз враг потерял 15 самолетов.

24 июля из 150 фашистских самолетов, направлявшихся к столице, к Москве прорвалось восемь—десять машин, в ночь на 27-е — пять. Налеты продолжались и в августе.

Противник, наступавший тогда на петрозаводском, порховском, псковском, полоцко-невельском, смоленском, бобруйском, житомирском, новоград-волынском направлениях, безуспешно пытался вывести из строя московский стратегический узел, который снабжал и питал силами и средствами упорно оборонявшиеся войска Красной Армии.

Уже Смоленское сражение показало, что расчеты гитлеровского командования на молниеносную войну провалились и что враг допустил ошибки в оценке мощи Вооруженных Сил СССР. Тем не менее он продолжал рваться вперед. Положение стало еще более опасным после того, как противник вышел на дальние подступы к нашей столице.

В эти дни Высшая пограничная школа, как и многие учебные заведения, была эвакуирована в глубокий тыл, а нас, около 50 старших офицеров, прикомандировали к штабу 2-й отдельной Московской стрелковой дивизии особого назначения. И опять вспыхнула надежда попасть на фронт. Но фронт уже приближался к Москве. 20 октября в городе было введено осадное положение.

Суров и мужествен был в те дни облик столицы. Она посылала в бой все новые и новые воинские части. Ее заводы и фабрики день и ночь работали для фронта.

До полумиллиона москвичей были заняты на строительство оборонительных сооружений. К месту строительства беспрерывным потоком шли грузовики, подводы, а вместе с ними — новые и новые партии рабочих, вооруженных лопатами, кирками, ломами. Тем временем по шоссе, в сторону фронта тоже бесконечными вереницами проносились автомашины с мотопехотой, боеприпасами, оружием, снаряжением, продовольствием.

Но и со стороны фронта по дорогам к столице двигался довольно значительный поток людей. Москва стала не только базой снабжения, но и непосредственным войсковым тылом. Сюда прибывали некоторые тыловые учреждения, а за ними тянулись транспорт, различные материальные ценности, обслуживающий персонал.

Наконец, вместе с волной беженцев, спасавшихся от вражеского нашествия, в столицу стремилась проникнуть агентура противника — шпионы, диверсанты. И кое-кому из них это удавалось. Они тут же принимались сеять панические слухи, устраивали провокации.

Враг использовал и другие коварные методы, имевшие целью деморализовать население Москвы. Однажды, например, в Химкинских лесах вдруг послышались звуки боя: трещали пулеметные очереди, раздавались залпы артиллерии, минометов…

Казалось, сюда, непосредственно под Москву уже прорвались вражеские войска. Когда же наши части оцепили и прочесали лес, выяснилось, что фашистские летчики сбросили на парашютах радиолы с большими усилителями, которые и инсценировали звуки боя.

Не пропустите новые материалы. Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен.
Подписаться

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *