Как националисты радостно приветствовали продвижение немецких захватчиков на Восток

2
1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (1 оценок, среднее: 5,00 из 5)
Загрузка...

Под натиском превосходящих сил противника советские войска вынуждены были оставить Шепетовку, Проскуров, Винницу, Житомир, Киев. Униатское духовенство и националисты радостно приветствовали продвижение немецких захватчиков на Восток.

На все лады превозносили они гитлеровский вермахт, вслед за сообщениями «из главной квартиры фюрера» строили прогнозы о дне «предстоящего захвата» Москвы, Ленинграда, Горького, Саратова. Объявив нападение фашистов на Советский Союз «священной войной», предатели призывали западноукраинское население «как можно быстрее включиться в борьбу против большевизма». «Под руководством великого фюрера Адольфа Гитлера сражаться до окончательного уничтожения коммунобольшевизма» — таков был лозунг, выдвинутый в одной из многочисленных статей бандеровских и униатских писак.

Призывая своих последователей участвовать в «крестоносном походе против Большевии», оуновцы и униатские иерархи понимали, что это повлечет за собой большие потери «христова воинства». Данное обстоятельство, однако, не останавливало воинственных душепастырей. Они требовали от своих сторонников внести свою лепту в «великие дела непобедимой немецкой армии и под руководством богом посланного вождя Германии жертвовать кровью, чтобы спасти мир» .

Вымаливая у бога победу для фюрера, митрополит Шептицкий ни словом не обмолвился о «соборной самостийной Украине», создание которой ещё так недавно униатско-оуновская клика связывала с «предстоящими успехами вермахта на Востоке». После разгона гитлеровцами марионеточного правительства Стецько иерархи и националисты с еще большим усердием продолжали восхвалять фашистов и Гитлера.

В своей дальнейшей борьбе, читаем в «Заявлении краевого провода ОУН» (бандеровцев), распространенном в Западной Украине в августе 1941 года, «ОУН сохраняет и будет стремиться расширять сотрудничество с Германией. ОУН выражает уверенность, что независимо от нынешнего положения эти силы (фашисты) признают в ближайшем будущем большую роль ОУН как единственного фактора, который может организовать и повести украинский народ в борьбе против Москвы» .

На позициях безоговорочной поддержки оккупантов всегда стоял и руководитель другой группировки ОУН — Андрей Мельник — старый агент немецкой разведки по кличке Консул-1. Находясь в Берлине и продолжая сотрудничать с абвером и гестапо, Мельник не скрывал своей радости по поводу опалы, постигшей некоторых его конкурентов-бандеровцев. «В лице немецких воинов мы видим тех,— писал он в обращении к националистам по случаю нового, 1942 года,— кто под руководством Адольфа Гитлера изгнал большевиков из Украины. Им мы обязаны сознательно и организованно помогать в крестоносном походе против Москвы, невзирая ни на какие трудности…»

Чтобы предотвратить взаимные раздоры в националистическом лагере, А. Шептицкий, И. Слипый немало потрудились над созданием так называемой «Рады сеньоров». В ее состав были включены крупные землевладельцы, капиталисты, банкиры, представители буржуазно-националистической «элиты» и униатского клира. Рядом с помещиком, домовладельцем Хруцким, банкирами Левицким и Мудриком в «Раде» заседали представитель мельниковского провода ОУН И. Бойдуник, бандеровец Л. Ребет и униатские «достойники» И. Слипый и Ю. Дзерович. Однако и эти старания не принесли желаемых результатов: гитлеровцы не пожелали признать созданную с большим трудом «Раду сеньоров».

В поисках выхода из сложившейся ситуации «Раду сеньоров» переименовали в «Украинскую национальную раду во Львове», которая объявила себя «представительницей украинского народа в Галиции». Президентом новой «рады», как и следовало ожидать, провозгласили митрополита .

вов

В октябре 1941 года посланцы берлинской штаб- квартиры ОУН А. Мельник, Н. Капустянский, И. Бойдуник, О. Кандыба и другие по львовскому образцу создали «Украинскую национальную раду» в Киеве.

По инициативе митрополита «рада» в январе 1942 года обратилась к Гитлеру с предложением привлечь украинских буржуазных националистов к более активной борьбе против Советского Союза. Уведомляя фюрера, что «украинская территория весьма склонна к восприятию большевистской пропаганды», А. Шептицкий, Ф. Величковский, А. Мельник, А. Левицкий и бывший петлюровский генерал Омельянович-Павленко покорнейше просили предоставить им возможность под главенством Гитлера и его гауляйтеров вести «смертельную борьбу против большевизма».

«Как верные холопы Ватикана, прошедшие большую школу «воспитания» в духе служения германскому империализму,— писал очевидец антинародных деяний святоюрских апостолов Петр Карманский, — большинство униатских священников стали активно помогать фашистским оккупантам в деле установления в Западной Украине гитлеровского «нового порядка»… Преемник Шептицкого епископ Слипый установил тесную связь с фашистской службой СД и давал ей сведения о всех «подозрительных». Посланный на Волынь епископ Чарнецкий стал организатором массовой резни, натравливал украинцев на поляков и наоборот. По доносам униатских священников погибли десятки тысяч людей, в том числе и некоторые священники, заподозренные в сочувствии Советской власти».

Митрополит Шептицкий неослабно следил за тем, чтобы подчиненные ему душепастыри «верно служили Великогермании», помогали до конца искоренять «безбожный большевизм». Престарелый архипастырь всемерно поддерживал разного рода полицейских и эсэсовцев, поощрял своих верных прихожан в фашистской униформе к «подавлению коммунистов». Вообще любовь к военным, находившимся на службе у оккупантов, была своеобразным пристрастием, хобби владыки. Показательна в этом отношении длительная переписка Шептицкого с главарями созданных абвером из оуновских наемников военно-диверсионных подразделений «Роланд» и «Нахтигаль». После благословения митрополита, полученного в первый же день оккупации Львова, нах- тигалевцы по приказу своих абверовских наставников учинили кровавую бойню во многих городах и селах опустошаемой врагом Советской Украины.

Осенью 1941 года оуновских головорезов отозвали с фронта. Во Франкфурте-на-Майне они в течение нескольких месяцев проходили специальный курс обучения для борьбы против партизан. Перед отъездом в Белоруссию, 13 марта 1942 года, нахтигалевцы обратились с «сыновьим посланием» к своему идейному отцу и опекуну. Они писали: «Ваша эксцелен- ция! Покидая место продолжавшейся несколько месяцев подготовки во Франкфурте, выезжаем на восточный фронт для борьбы против большевиков… Мы не знаем, какая судьба нас там ожидает, останемся ли мы в живых или нет, просим вашего отцовского благословения для нас… Мы благодарны также и за то, что Ваша эксцеленция выделила священника для духовной опеки над нами» Письмо подписали По- бигущий, Шухевич, Бригидер, Сидор, Павлик, Герман и Головацкий.

Положение абверовских наемников на захваченной фашистами советской земле было жалким. Земля, в полном смысле этого слова, горела под ногами оккупантов. Советские люди, как признавали сами националисты, не делали разницы между гитлеровцами и их слугами-оуновцами, одетыми в немецкую форму. «Большевикам уже удалось перестроить на свой лад новое поколение, и оно сожалеет, что большевики ушли»,— признавали националистические предатели.

К тому же ландскнехты из ОУН не могли похвастаться и доброжелательным отношением к ним со стороны оккупационного начальства, рассматривавшего националистов как неполноценных в расовом отношении людей. В качестве иллюстрации к сказанному приведем такой пример. Командир шуцман- шафтбатальона, в котором были объединены оуновцы, гауптман Моха, запретил им распевать украинские песни, приказал выдавать им по три сигареты в день, в то время как немцы получали шесть штук. Тот же гауптман и еще несколько немцев-карателей не пожелали питаться вместе со своими холопами- оуновцами и т. п.

Невзирая на явно презрительное отношение гитлеровских хозяев, националисты из шуцманшафт- батальона, возглавляемые Е. Побигущим, Р. Шухе- вичем и личным представителем митрополита Шептицкого капелланом Всеволодом Дурбаком, продолжали верой и правдой служить захватчикам.

Осенью 1942 года оуновские шуцманы, действуя в составе 15-го полицейского полка, стерли с лица земли белорусские и украинские села Борки, Забо- лотье, Борисовка, Кортелисы. «Совместная работа служебных органов СД проходила хорошо и без трений»,— докладывал командир 9-й роты этого полка гауптман Каспер после уничтожения села Борисовка Брестской области карателями из СД и националистами в сентябре 1942 года.

Не пропустите новые материалы. Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен.
Подписаться

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *