«Любой мертвый фашист лучше живого»

вов
1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (1 оценок, среднее: 5,00 из 5)
Загрузка...

Море было укрыто сплошной пеленой тумана. Буквально в десятке метров колыхалась мутнобелесая стена. Надеяться на глаза в такой обстановке невозможно.

Снова, нахлобучив на голову черные колпаки телефонов, замер над шумопеленгатором Иван Шнапцев. Радиограмма, полученная накануне ночью с командного пункта флота, предупреждала, что из Либавы вышел вражеский вспомогательный крейсер в охранении эсминцев. Чуть позднее летчики сообщили широту и долготу места идущего конвоя.

Цель ни в коем случае нельзя пропустить! Это понимал весь экипаж.

Верхняя вахта напрягала зрение. Но на этот раз отличился Шнапцев. Едва загрохотали дизели, гидроакустик крикнул:

— Пеленг—50! Шум винтов крупного корабля!

Совершенно внезапно горизонт очистился, и Александр Иванович заметил, что всего в нескольких десятках кабельтовых движется громада затемненного судна.

«Мы — в светлой части горизонта. Нас могут обнаружить!» И тотчас по лодке прокатилась трель звонков.

— Стоп зарядка! Торпедная атака!—команды возникали и срывались с губ автоматически.

Маринеско

А теперь уйти мористее, туда, где туча, и оттуда атаковать.

— Лево на борт!

Широкая белопенная полоса взрезанной волны побежала за кораблем,

— Старпом, на ночной прицел!

— Судно двухвинтовое, — продолжал уточнять гидроакустик.— Сопровождение — несколько кораблей!

И тут командир со старпомом заметили, что в охранении с левого борта корабля — три новейших эскадренных миноносца типа «Карл Галстер».

— Видно, что то ценное. Охрана уж очень солидная, а, Лев Петрович? — обратился Маринеско к старшему помощнику.— Только что это: боевой корабль или транспорт?

— Издалека он все таки напоминает вспомогательный крейсер, — подсказал вызванный наверх штурман.— Видите, две чуть наклоненные трубы, характерные надстройки, похоже — легкий крейсер типа «Эмден»!

— А не все ли равно, кого нам топить! В конце концов, любой мертвый фашист лучше живого, — откликнулся старпом.— Гони их всех на дно!

«С13» в позиционном положении сблизилась с конвоем. Пересекла у него за кормой курс, вышла мористее по правому борту.

«Если перейти в подводное положение, конвой уйдет: как никак его скорость —15 узлов. Такой скорости под водой мы дать не сможем. Значит, снова рискнем атаковать в надводном положении и на самом полном ходу, иначе не успеем…»

Командир погрузился в расчеты.

«С13», скрываясь на фоне темных низких облаков, обошла эсминцы конвоя правого борта. Те, твердо удерживая курс 250 градусов, стремились под покровом ночи пройти наиболее опасный район моря. Около двух часов продолжалось преследование. Лодка вспарывала мрачные волны буквально в десяти-двенадцати кабельтовых от кораблей, идя параллельным курсом. Теперь можно было ложиться на боевой курс, тем более что немцы все еще не заметили опасности…

Но атаковать из носовых торпедных аппаратов оказалось невозможно: один из кораблей охранения вдруг повернул в сторону лодки. Обнаружил или нет? В любом случае надо уклоняться, а на это, естественно, потребуется определенное время, за которое быстроходный конвой может далеко уйти. Атака сорвется.

«Будем стрелять кормовыми аппаратами».

— Право на борт! На румб — 340 градусов! Старпом, пересчитай на стрельбу кормой!—бросил Маринеско.

Описывая дугу циркуляции, подводная лодка снова скользнула в полумглу поредевшего тумана.

— Кормовые аппараты — товсь! — распорядился Ефременков.— Угол растворения — 2 градуса!

— Пли!

Лодка вздрогнула. Две торпеды помчались наперерез громадине, наползшей на визирную линейку прицела. Бежали секунды. А взрывов не было.

—   Ну, старпом, промазали мы! — в сердцах бросил было Александр Иванович, как вдруг, расколов огненной полосой тьму ночи, громыхнул взрыв. Огромный столб пламени взметнулся в районе мостика. Сразу же за ним точно такой огненный столб взвихрился возле второй трубы. А еще через некоторое время сплошная стена пламени охватила судно. Раздался троекратный оглушительный грохот. Во все стороны, словно от гигантского костра, брызнули огромные искры.

Видимо, взорвались котлы или же сдетонировал боезапас. Охваченное пламенем судно начало медленно погружаться.

Включив прожекторы, к нему бросились корабли охранения. Над морем повисли гирлянды осветительных ракет. Сухо залаяли автоматические пушки. Однако трассы шли в разные стороны. Как видно, на кораблях не знали точно, откуда пришла смерть.

«С13», совершив послезалповый маневр, в надводном положении легла на курс в сторону Швеции. А спустя два часа легла на грунт на большой глубине. Теперь, когда кормовые торпеды были израсходованы, путь был один — в родную базу!

Подвсплыв, лодка радировала в штаб о потоплении вспомогательного крейсера. Получили поздравления и приказ о возвращении.

Как оказалось позднее, под меткий залп попал вспомогательный крейсер «Генерал Штойбен» водоизмещением 14 660 тонн. Он был переполнен техникой и войсками, удиравшими из Прибалтики. Свыше трех тысяч солдат и офицеров, все оружие и техника пошли на дно.

Так за один зимний поход Александр Иванович Маринеско отправил на дно два крупнейших транспорта общим водоизмещением свыше 40 000 тонн и с таким количеством солдат и офицеров, что их хватило бы для укомплектования полноценной дивизии военного времени.

Это был подвиг. Подвиг, выполненный тактически грамотно, решительно и умело.

Не пропустите новые материалы. Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен.
Подписаться

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *