Отходя, немцы оставляли своих автоматчиков

Отходя, немцы оставляли в бурьяне своих автоматчиков
1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (4 оценок, среднее: 4,25 из 5)
Загрузка...

Противник все время переходил в контратаки, поэтому то одно, то другое подразделение было вынуждено вести бои в полуокружении. В этих условиях бездействие — самое последнее дело. А Шумеев положил полк, приказал окапываться и успокоился.

Прекращение наступления 776-го полка затруднило действия его соседа — полка Хохлова. Надо было немедленно принимать меры.

Я вызвал Шумеева к телефону.

— Павел Иванович, похоже, ты устраиваешься на ночлег, не выполнив задачу?

— Нет, Николай Иванович, вас неверно информировали.

— А как? Почему прекратили продвижение?

— Очень мешает сильный огонь с правого берега.

— Хохлов же двигается! Идите на сближение с противником до рукопашной схватки. Перенесите немедленно наблюдательный пункт ближе к ротам, это поможет лучше почувствовать динамику боя.

Отходя, немцы оставляли в бурьяне своих автоматчиков

— Да, это правильно, но… очень трудно.

Я разозлился.

— Легко только спичками торговать, а на войне не только трудно, но и опасно. Надо что-то делать, думать, искать, а разговоры о трудностях делу не помогут. Если вы не справляетесь, то мы и без вас все сделаем. Да, да, без вас! Имейте в виду, что правый сосед, Гурьев, готов помочь вам огнем и наступлением своего левого фланга. Теперь все от вас зависит. Не спите, действуйте!

Вслед за этим я попросил Соболя позвонить комиссару полка Омерову и передать ему мою просьбу — помочь командиру, призвать всех коммунистов и комсомольцев на выполнение задачи. Со своей стороны я обещал полку помочь теми танками, что были у «сердитого» полковника.

Я хорошо знал Омерова и был уверен в нем. Еще до войны он прибыл к нам в 186-ю стрелковую дивизию с орденом Красного Знамени за бои на Хасане. В должности секретаря дивизионной партийной комиссии был он на Западном фронте в 1941 году. Там успешно справился с выполнением боевой задачи по уничтожению вражеских парашютистов. После ранения находился в госпитале в Уфе, откуда мы с Соболем его и «выудили».

Разговор «по душам», видимо, повлиял на Шумеева. Скоро мы услышали шум сильного боя на правом фланге дивизии, а еще через некоторое время ликующий голос командира полка докладывал по телефону:

— Товарищ Волков (моя условная фамилия. По-сибирски волк — бирюк), задача выполнена. С помощью «коробочек» (танков) и артогня 54-го укрепрайона вышли на берег. Враг частью уничтожен, частью сброшен в Дон. Переправа его артогнем и саперами ликвидирована. Первым на Дон вышло хозяйство Бердигулова, 8-я рота. Часть своих сил поворачиваю в сторону Хохлова.

Я был рад, пожалуй, больше Шумеева. Это была двойная победа — над противником и над растерянностью боевого в прошлом командира.

— Отлично, дорогой. Объявляю полку и вам благодарность. Всех отличившихся представляйте к награде. Действуйте смело и дерзко. Я подтягиваю к вам «сына» Горбачева (один батальон). Скоро приеду сам.

На следующий день мы с комиссаром прошли к переднему краю 776-го стрелкового полка по той части восточного берега Дона, которая только вчера была полем битвы. Мы увидели, насколько жестокими были здесь бои. Параллельно Дону тянулся незаконченный отрывкой противотанковый ров, глубиной чуть меньше метра. Ров был заполнен вражескими трупами. Многие из них валялись с размозженными черепами или со штыковыми ранами. Там же валялось большое количество немецких пулеметов, минометов. Все говорило о поспешном отходе, при котором противник не смог убрать трупы своих солдат и унести с собой технику. Вот что наделал рукопашный бой!

Мы были рады за Шумеева и спешили к нему на новый наблюдательный пункт, куда он нас пригласил. «Совсем рядом с передним краем,— говорил он,— и как удачно: отдельный дом, удобства, даже комфорт. И видимость с чердака прекрасная!»

Я был против этого «комфортабельного» особняка, но не успел заставить Шумеева сменить «квартиру» и теперь решил использовать свое посещение его НП для этой цели. Правда, немцы сделали это раньше нас. Мы видели, как противник совершил по нему огневой налет. Прямым попаданием снаряда разнесло всю верхнюю половину дома. Теперь уж Шумеева не пришлось понукать и уговаривать. Не мешкая, он вынес свой наблюдательный пункт в поле.

Между тем 776-й полк повернул свои боевые порядки на юг, вдоль левого берега Дона, очищая его от противника, нависшего над незащищенным флангом 780-го полка. Равнинная широкая пойма Дона с большим количеством озер, поросшая густым бурьяном, а в отдельных местах и кустарником, всюду таила в себе смертельную опасность. Отходя, немцы оставляли в бурьяне своих автоматчиков.

Пришлось , нашим бойцам прочесывать местность огнем пехотного оружия и ручными гранатами. В отдельных случаях пришлось пользоваться бутылками с горючей жидкостью «КС». Это было самое надежное средство. Когда от них загорался бурьян, то скрывавшиеся в нем гитлеровцы с диким воплем пытались удрать, но тут их настигали меткие пули. Воины полка медленно, но упорно продвигались все дальше и дальше в сторону Вертячего.                .

Мы были у Шумеева, когда поступило тревожное сообщение из 780-го стрелкового полка: в районе озера Лапушное противник теснит правый фланг Хохлова! Я немедленно приказал выдвинуть туда для контратаки батальон Горбачева, придав ему роту танков 193-й танковой бригады. Она находилась недалеко от этого батальона, на западной окраине Паныпиню.

Уже далеко за полночь батальон сосредоточился на рубеже для атаки. По сигналу двумя красными ракетами бойцы яростно кинулись на противника. Сразу стало светло от немецких осветительных ракет и вспышек выстрелов. Всюду шум, крики, брань. Поднимая бойцов в атаку, в первую же минуту был убит комбат. Командование взял на себя комиссар батальона А. Е. Просвиров, но и он вскоре был тяжело ранен. Тогда бой возглавил старший адъютант (начальник штаба) батальона младший лейтенант Баранников.

Бой был тяжелым. Сброшенные полком Шумеева в Дон гитлеровцы озверели от неудач и попытались вернуть утраченное. Вначале они потеснили наших, но брошенный на помощь батальон восстановил положение, хотя дальше продвинуться тоже не смог.   s

Особо в этом бою отличилась военфельдшер Резепкина Елизавета Александровна. Под хутором Нижне-Гниловским, собирая раненых, она увидела, что один из командиров рот выбыл из строя, а бойцы залегли под огнем. Тогда храбрая девушка схватила автомат командира, бросилась к бойцам и подняла их в атаку. Рота выполнила задачу, и Лиза вернулась к своим обязанностям. За время боя она вынесла 20 раненых воинов с оружием. За этот подвиг Е. А. Резепкина была награждена орденом Красной Звезды — первая женщина в нашей дивизии.

Елизавета Александровна потом благополучно прошла всю войну и заслужила еще несколько наград. Ныне она работает заведующей медпунктом у себя на родине, в селе Капитоновна Оренбургской области. Недавно за трудовые дела ее наградили орденом «Знак почета».

Остановленный ночной контратакой противник не успокоился. На следующий день два батальона полка Горбачева оказались под ударом. На выручку им был брошен тот же третий батальон и все, что можно было взять из полков Хохлова и Шумеева. Положение опять было восстановлено, но тут немцы ударили по ослабленному левому флангу Хохлова.

Теперь уже последнему моему резерву — учебному батальону дивизии — пришлось вступить в бой. Курсанты быстро развернулись, решительно контратаковали наступавшего противника, смяли его, нещадно уничтожая. А оставшиеся в живых беспорядочно отступили. Гитлеровцы оставили на поле боя один подбитый танк, свыше 100 солдат и офицеров и отказались на этом участке от дальнейших атак.

На левом берегу Дона на участке Трехостровская — Вертячий — Песковатка, с которого затем гитлеровские войска развернули свое широкое наступление на Сталинград, тогда нам не были известны. Мы считали — так сложилась обстановка, и спасали положение, не считаясь ни с чем, латали дыры в прорванном фронте.

Не пропустите новые материалы. Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен.
Подписаться

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *