Партизанская мудрость: «Стали подозревать? Беги!»

сельский транспорт в ВОВ

В конце дня скорбным молчанием почтили мы память казненных. Раненым при налете на тюрьму партизанам нужна срочная медицинская помощь. Комитет направил в лес Юрия Алтунина. Вечером того же дня он добрался до отряда. Осмотрел раненых и сделал перевязки.

—Ты уж извини, нет лошади, доставить тебя в Дзержинск, придется па своих двоих, — сказал ему Клим.

—Ничего, обойдусь, — улыбнулся Юрий.

На рассвете, тепло попрощавшись с товарищами, он лесными тропами направился в сторону шоссейной дороги.

Высокие стройные сосны напомнили ему леса под Ленинградом, финский фронт, куда он попал сразу же после окончания Свердловского мединститута. Вот так же, как и теперь, в сложных условиях, на передовой, приходилось оказывать первую помощь раненым.

После финской кампании Алтунин служил врачом в танковой бригаде. Там стал кандидатом в члены партии. Бригаду перебросили в Западный особый военный округ, в приграничную зону. Здесь она и приняла первый удар гитлеровских полчищ. Отступали с тяжелыми боями. Под Минском врач сам был ранен и оказался в лагере военнопленных в Дзержинске. После выздоровления, по ходатайству местных врачей, его оставили работать в районной больнице.санитары помогают партизанам

Многих раненых бойцов и командиров Юрий Алтунин поставил на ноги, помог им бежать из плена. Помощницей у него была санитарка Ольга Морозова. Сколько тепла, душевной щедрости отдавала она нашим раненым воинам. С любовью ухаживала за ними, ходила по дворам в городе и окрестных деревнях и собирала для них продукты. Окрепших устраивала у знакомых, о которых знала, что не выдадут.

Едва Юрий вышел на шоссе Дзержинск — Негорелое, как перед ним выросли фигуры двух полицейских. Один жил по соседству и хорошо знал его.

— Ты откуда в такую рань? — удивился он.

— Да вот был в деревне, срочно вызывали к больному, — стараясь не выдать волнения, ответил Юрий.

— Ну, садись, подвезем.

То, что Алтунин куда-то без разрешения отлучился и утром опоздал на работу, начальство больницы заметило. До нас дошли слухи, что его подозревают. Надо было срочно отправить Юрия в отряд.

Апрельским утром к больнице на захудалой кляче подъехал Павел Гулевич, в недавнем прошлом армейский командир. Он жил в деревне Новосады, работал там на молочном пункте и поддерживал тесную связь с подпольной группой дзержинского молочного завода, а в первых числах апреля ушел к партизанам.

Вид у Гулевича был неказистый: с плеч свисал потрепанный кожушок, подпоясанный веревкой, на голове лохматилась старая ушанка. Со слезами на глазах он умолял заведующего больницей послать врача к умирающему ребенку в деревню Телешевичи:

— В округе у нас добрым словом поминают доктора Алтунина. Вот бы его! А я уж не останусь в долгу.

И он поставил на стол бутыль самогона, выложил кусок сала. Это подействовало. Уплатив девятнадцать марок за вызов врача, Гулевич подхватил чемоданчик доктора и, почтительно усадив Алтунина в повозку, тронул вожжи. По дороге заехали на квартиру к Юрию, взяли медикаменты, бинты.

— Ловко ты провел нашего шефа! — похлопал Павла Алтунин, когда выехали за город.

— Когда-то участвовал в армейской художественной самодеятельности, научился. Ну, пошла, пошла! — прикрикнул Гулевич на лошадь.

Спустя несколько дней мы направили к Рыжаку первую группу подпольщиков со «Штамповщика». Семена Боброва, Николая Сарбайцева и еще семь человек. Четверых товарищей послали в отряд кукшевичские подпольщики. Из Борового ушла в лес группа молодых колхозниц, среди них агроном Паша Разумова и дочь Эмилии Быстримович — Вера. Так на трудный, полный опасностей путь борьбы с оккупантами встала вся семья Быстримовичей мать, сын и дочь. Семен к этому времени прославился в отряде, как отважный разведчик и подрывник. Вера, а с ней и Паша Разумова стали помощницами врача Юрия Алтунина, а когда требовала обстановка — брались за оружие. Сама Эмилия Петровна, славная советская патриотка, всем, чем могла, помогала партизанам. По их заданию она ходила в разведку, распространяла партизанские листовки и сводки Совинформбюро. У нее на квартире партизаны встречались с подпольщиками и обсуждали свои планы.

Следует сказать, что Эмилия Быстримович работала в подполье более полутора лет. Какой-то предатель донес гитлеровцам, что ее дети ушли в лес, и что сама она поддерживает связь с партизанами. По ночам возле ее дома враги стали устраивать засады. Однажды они ворвались в квартиру и учинили обыск. Нашли листовки. Эмилию бросили в дзержинскую тюрьму, подвергли жестоким пыткам и расстреляли.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *