По оккупированной территории до партизанского отряда

По оккупированной территории до партизанского отряда
1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...

Как сообщили жители, староста, поставленный гитлеровцами для поддержания порядка, еще с утра уехал в комендатуру, чтобы узнать размеры «официального» налога, который предстояло уплатить оккупантам этой маленькой глухой эстонской деревне, затерявшейся среди болот и лесов, сверх тех поборов, которые самовольно устраивала здесь грабительская армия.

Под вечер, прощаясь с жителями деревни, мы обещали им скоро вернуться. Наш путь снова лежал на восток. И жители деревни Волчий Остров не могут упрекнуть нас в неправде. Красная Армия вернулась и освободила нашу землю. Конечно, это были не мы, а другие воины.

Но и мы были частицей Красной Армии, находящейся в глубоком тылу врага. И я хочу теперь, от имени живых и мертвых, сказать жителям Волчьего Острова большое спасибо за хлеб, за соль, за доброе слово сочувствия.

На другой день мы подошли к деревне, на окраине стоял часовой — молодой парень в кепке и пиджаке, подпоясанном ремнем, а на ремне висели две бутылочные гранаты образца 1914 года. В руке он держал винтовку, уперев eе в носок рабочего ботинка. Не вступая с нами в разговор, часовой вызвал разводящего, и тот проводил нас в один из домов.

Во дворе нас встретил командир партизанского отряда, впоследствии прославленный Батя, возглавлявший отряд партизан. Если память мне не изменяет, деревня эта называлась Замошье.

Кличку Батя носили командиры многих партизанских отрядов. Я не знаю настоящей фамилии того командира, но я хорошо запомнил его. Это был уже немолодой, лет пятидесяти мужчина, невысокий, подвижный, с седеющей клинышком бородой и большой родинкой на щеке. Узнав, кто мы и откуда идем, он поинтересовался, намерены ли мы идти дальше или хотим остаться в его партизанском отряде?

Я ответил, что мы твердо намерены дойти до своих. «Вообще-то правильно, — заметил он, — но идти вам придется еще далеко!» — и Батя рассказал нам о положении на фронтах (они имели радиоприемник и, кроме того, поддерживали связь с партизанскими отрядами до самого Ленинграда). Он посоветовал нам идти не к Ленинграду, где сконцентрировались войска противника, а южнее.

Это значило, что мы должны были идти теперь на юго-восток, чтобы через несколько сот километров встретиться со своими. Батя дал нам исчерпывающие сведения о нашем маршруте километров на 150, рассказал о местах, где надо идти и с большей осторожностью — немецкие гарнизоны были довольно густо рассеяны по нашей, временно оккупированной, земле.

Батя сообщил также, что километров через 150 мы должны снова встретиться с отрядом партизан, они дадут нам новый маршрут.

В заключение нашей приятной встречи Батя пригласил нас пообедать. До сих пор помню этот обед, прекрасные щи со свининой и свежий хлеб. Это была первая горячая пища после того, как мы ушли из Таллина.

В тот день мы испытали чувство гордости за наш непокоренный народ. Дождавшись вечера, мы тронулись в путь. Впервые даже боль натертых ног показалась не такой уж непереносимой. Каждому хотелось быстрее достичь своих и в общем строю добиваться желанной победы.

Не буду описывать подробности нашего дальнейшего пути. По маршруту Бати около 200 километров мы прошли благополучно, и как он и говорил, встретили другой партизанский отряд, где нам дали маршрут еще на несколько сот километров.

Фронт становился все ближе и ближе. Наш переход по оккупированной территории Псковской, Ленинградской, Новгородской и Калининской областей был полон опасных моментов.

На своем пути мы портили связь немцев, убивали патрулей и связных, попадавшихся нам, уничтожили четырех старост, которые, как верные псы, стояли на страже «нового порядка» оккупантов. Мы выгоняли пригревшихся у солдаток и вдовушек незадачливых вояк, которые, оказавшись в окружении, решили отсидеться здесь до лучших времен.

По оккупированной территории до партизанского отряда

В районе Демянска, у деревни Большой Остров, мы вступили в бой с группой бандитов, которые под видом партизан грабили население. Вызывая неприязнь к партизанам у населения, эти гитлеровские прислужники оказывали помощь оккупантам. Но население хорошо понимало, кто их истинные друзья, а кто враги.

Запомнились встречи с советскими людьми, временно попавшими под иго фашистов. Наши люди верили в победу и достойно вели себя перед лицом оккупантов. И только незначительная часть верно служила оккупантам. Гнев и ненависть народа окружали их. И часто меткая пуля партизана приводила в исполнение справедливый приговор народа изменникам Родины.

Мы убедились, что народ остался верен своей стране и никогда не смирится с положением бесправных рабов, в которых хотели превратить их гитлеровцы. С каким воодушевлением, например, нам иногда рассказывали жители деревень, что они видели, как наши звездокрылые самолеты летели бомбить тылы гитлеровцев — Порхов, Дно, Старую Руссу, Новгород и другие города.

Не пропустите новые материалы. Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен.
Подписаться

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *