Приказ Военного совета

офицеры вов
1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...

На наблюдательном пункте командующего находились член Военного совета генерал Мухин, командующий артиллерией армии генерал Петров, офицеры оперативного и разведывательного отделов штаба армии.

Выслушав мой доклад об обстановке на плацдарме, командующий вручил мне новый боевой приказ.

В нем говорилось, что с наступлением темноты корпусу необходимо совершить перегруппировку, дивизиям выйти на новые полосы наступления и завтра с утра начать решительные действия в направлении Лиховки, к концу дня освободить ее. К утру войска будут обеспечены боеприпасами и питанием.

Я прочитал боевой приказ и спросил:

— У вас есть какие-нибудь сведения о резервах противника?

— От вас нечего скрывать. По данным авиаразведки, в ближайшие дни, а может быть, уже и завтра должны подойти пехотная и танковая дивизии. Активизируйте свою разведку и усильте наблюдение!

Командующий и член Военного совета поинтересовались 53-й дивизией. Судить о ней было еще трудновато, так как она была в деле всего один день. Но я все же сказал:

— Дивизия свою задачу выполнила. Руководство было организованным, полки действовали хорошо.

М. С. Шумилов и А. В. Лукин потребовали послать в 53-ю дивизию работников штаба и политотдела корпуса с тем, чтобы они оказали необходимую помощь командованию дивизии и содействовали обучению личного состава.

На обратном пути я задержался на острове «Восточный». Саперы и понтонеры под руководством Соколова и Сычева восстанавливали разобранный с наступлением дня мост. Саперы, приданные дивизиям, на лодках и плотах доставляли на тот берег боевое снаряжение и продукты питания, а оттуда перевозили раненых. У меня не было времени особенно прохлаждаться на левом берегу. Проверив график переправы, я распорядился, чтобы в первую очередь перевозили боезапас, и на моторной лодке направился на тот берег.

Когда командующий ставил нам задачу, я не спросил, почему вдруг корпус разворачивают фронтом с юга на запад. Таков приказ Военного совета, а приказы не обсуждаются. А вот сейчас, возвращаясь на свой наблюдательный пункт, задумался над этим. В чем же дело? 49-й и 24-й корпуса продолжают наступление в прежнем направлении, а нас поворачивают на запад. Не лучше ли было бы продвигаться на юго-запад? Вероятнее всего, маневр нашего корпуса нужен, чтобы расширить плацдарм, занимаемый армией, и выбить противника с выгодных рубежей. И действительно, дела у 49-го корпуса не блестящи. Ему противостоят крупные силы противника с большим количеством танков. В таких условиях наступление нашего корпуса в прежнем направлении значительных результатов не дает. Для прикрытия флангов и нам, и 49-му корпусу приходится снимать с направления главного удара почти половину сил. Если же мы предпримем удар на запад, освободим Лиховку, то наши части выйдут в тыл вражеским войскам, противостоящим 49-му корпусу, перережут коммуникации для подброски резервов и завладеют высотами и курганами, имеющими важное оперативное значение. Видимо, Военный совет преследовал именно эту цель.

Вернувшись на свой наблюдательный пункт, принялся изучать приказ командующего.

Через четверть часа на НП собрались все вызванные командиры. С головы до ног в пыли, глаза красные от бессонницы. Все они явились с передовой.

Я объявил им свое решение, вынесенное на основе приказа командующего.

Дивизиям корпуса и всем приданным ему частям произвести перегруппировку, перейти на новые позиции и утром после десятиминутной артиллерийской подготовки:

— 53-й дивизии, кроме 475-го полка, при поддержке танковой группы прорвать оборону противника на высоте 172,2, овладеть высотами северо-западнее Погребное, захватить северо-западные кварталы города Лиховка и перекрыть пути отступления врага на юго-запад;

— 81-й гвардейской дивизии прорвать оборону противника в районе высоты +1,5, овладеть центром города Лиховка.

— 72-й гвардейской дивизии нанести удар по южной окраине города Лиховка.

— Полная готовность корпуса — к 8 часам 30 минутам.

Начальник штаба корпуса полковник А. Д. Овсянников вместе с начальником штаба артиллерии полковником Гуляевым до 12 часов ночи просидели над планами взаимодействия войск и артиллерийской подготовки.

К назначенному сроку части корпуса вышли на исходные рубежи наступления.

Не прекращающиеся ни днем, ни ночью бои, связанные с перегруппировкой броски с одного рубежа на другой, сильно утомили людей. Однако никто не жаловался, каждый рвался в наступление.

В помощь командирам подразделений и частей штаб и политотдел корпуса направили своих работников. Офицер оперативного отдела майор Сайгетдинов отправился в 238-й гвардейский полк, инспекторы политотдела майоры Сурков и Астраханов — 72-ю гвардейскую дивизию, начальник разведотдела майор Воронцов — в 53-ю дивизию. Посланцы штаба и политотдела находились в самой гуще событий.

Так, майор Воронцов взялся вывести 475-й полк 53-й дивизии в новый район сосредоточения. К 24 часам этот полк был в намеченном месте и прикрыл собой юго-западный фланг корпуса. Задача Воронцова была не из легких.

— Я очень боялся, что полк не сможет в срок выйти на новый рубеж, — говорил впоследствии командир 53-й дивизии Овсеенко. — Но с помощью майора Воронцова полк точно к двадцати четырем часам занял свой рубеж обороны.

Воронцову было разрешено остаться в этом полку.

Утро 30 сентября выдалось ясным и ветреным. Туман над Днепром и низинами быстро рассеялся. С наблюдательного пункта хорошо видны полки и артиллерийские позиции. Ночью бойцы окопались, укрыли от врага материальную часть. С высоты 172,2 и курганов +1,5 немцы то и дело открывают минометный и пулеметный огонь. Дивизии ждут сигнала к атаке.

Из штаба армии генерал Лукин сообщил:

— Артподготовка переносится на девять тридцать. Других изменений нет. Авиаразведка выявила интенсивное автомобильное движение в лесу северо-западнее Попово и западнее леса. Корпус во что бы то ни стало должен оседлать дорогу, овладеть высотами возле леса. Такова ближайшая задача.

Ровно в 9 часов 30 минут армейская артиллерия открыла сильный огонь. Одновременно по позициям врага прямой наводкой ударили противотанковые орудия и пулеметы. Наконец, сигналом к атаке прозвучал залп реактивных установок. Корпус устремился на врага.

Через сорок минут поступило сообщение от Овсеенко:

— Двести двадцать третий полк при поддержке танков овладел высотой сто семьдесят два и курганами плюс один пять возле леса.

Чуть южнее высоты 177,0 появились вражеские танки, из города Лиховки против танков вышло 25 бронированных машин противника, а северо-западнее показалось еще 25 танков. Ведя по полкам сильный артиллерийский огонь, враг батальоном пехоты и 10 танками контратаковал левый фланг 81-й гвардейской дивизии.

В стыке между 53-й и 81-й дивизиями занимал позицию 115-й истребительный противотанковый артиллерийский полк. Он встретил атакующих огнем.

Я доложил командующему обстановку и попросил ударить по районам сосредоточения противника.

— Авиация обрабатывает пути подвода резервов, — сказал М. С. Шумилов. — Вам на помощь придет армейская артбригада. Обратите внимание на юго-восточное направление.

Не прошло и десяти минут, как на артиллерийские позиции и танки врага обрушился шквал огня. Это заговорила армейская артиллерийская бригада. В месте скопления вражеских танков поднялось пламя. Вступил в бой с танками и 115-й ИПТАП. В первые же минуты четыре танка окутались дымом. Воспользовавшись замешательством врага, два полка 72-й гвардейской дивизии совершили маневр и с юго-запада атаковали курганы. Положение 53-й и 81-й дивизий стало легче. Противник отошел на высоту 177,0 севернее Попова, где имелись заранее подготовленные укрепленные позиции.

В час дня появилась первая группа вражеских самолетов. Тридцать бомбардировщиков «юнкерс-88» и «хейнкель-111» совершили налет на позиции корпуса и переправу.

К вечеру темп наступления дивизий заметно снизился. Однако полкам нельзя было оставаться на достигнутых рубежах. Немцы находились в более выгодных условиях и могли с высот вдоль и поперек просматривать полосу нашего наступления: к тому же в их руках оставались дороги, ведущие с юга на север. Поэтому нужно было приложить все силы, чтобы вытеснить врага с занимаемых позиций, перерезать дороги. Бои шли всю ночь. Передовые батальоны продолжали атаки, стремясь улучшить свои позиции.

немецкие самолеты вов

С рассветом бои разгорелись с новой силой. Немцы не раз бомбили наши части, предпринимали непрерывные контратаки при поддержке танков. Я насчитал десять фронтальных контратак и две с юга — против 475-го полка.

К семи часам вечера все контратаки врага были отбиты. Высота 177,0 и курганы с отметкой +1,5 перешли в наши руки. Было освобождено Северное Попово.

Привели пленных. Их было немного — солдаты и офицеры из разных частей. От них мы получили важные сведения.

Оказалось, что против нас сражаются 168-я, 320-я и 106-я пехотные дивизии, державшие оборону еще на левом берегу Днепра, а сейчас значительно пополненные живой силой и техникой. Восточнее города Лиховки в сражение против нас вступили переброшенные сюда передовые части 9-й танковой дивизии и танковой дивизии СС «Великая Германия», а также 39-я, 355-я и 161-я пехотные дивизии. Противник получает все новые и новые силы.

Я доложил командующему армией результаты допроса пленных.

— Корпусу закрепиться на занятых рубежах, — сказал он. — Привести части в порядок, противотанковую артиллерию и танки держать на передней линии, быть готовыми к отражению контратак противника, которые он, надо полагать, предпримет с самого раннего утра…

Не пропустите новые материалы. Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен.
Подписаться
Один комментарий на тему “Приказ Военного совета
  1. 1. Где и когда это происходило? 2. Если наши войска так успешно воевали, то как немцы продолжали успешно наступать? 3. К примеру, окружение Киева с 600 тысячной группировкой Красной Армии — ну окружили и что? Какая причина помешала этой армии оборонять город? В городе запасы продовольствия, боеприпасов, горючего. А сдались без боя…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *