Сандружинницы

сандружинницы
1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (1 оценок, среднее: 5,00 из 5)
Загрузка...

Мы, девчата 16-18 лет, пошли в народное ополчение. Окончили краткосрочные курсы по оказанию первой медицинской помощи и я стала сандружинницей Ленинского района.

Работа у нас была разнообразная. Фашисты обстреливали город по 13-16 часов без передышки. Мы оказывали помощь пострадавшим и нередко во время продолжавшихся артобстрелов. В то время, когда транспорт не работал, и всех раненых доставлял в ближайший госпиталь на носилках мы также сопровождали Большую землю раненых бойцов и детей, откапывали из-под развалин женщин, стариков и детей. В госпиталях кто-то работал на выгрузке раненых из транспорта и доставке их в приемное отделение. Учиться приходилось на ходу.

Несмотря на голод и дистрофию, мы, сандружинницы, были донорами. У меня была нулевая группа N 8, часто сдавала кровь.

Сандружинницы приняли активное участие в спасении города от эпидемий, обходили дома, дворы, убирали трупы, разносили по домам бактериофаг.

Был такой случай. В хлебозавод попал снаряд и вывел из строя водопровод. Сандружинницы выстроились цепочкой и ведрами всю ночь подавали воду на завод. Утром ленинградцы получили хлеб, а с ним — жизнь. Помню самый страшный очаг поражения, пожар длился 6 часов. На военный госпиталь, располагавшийся на Суворовском проспекте, фашистский летчик сбросил три фугасные бомбы и множество зажигалок. От взрывной волны обвалились стены. Разрушенными оказались лестничные площадки, вылетели вместе с рамами все окна. Через несколько минут после взрыва здание было охвачено огнем. В его плену оказались все раненые и медперсонал. Жертв было много. Спасая раненых погибли 15 сандружинниц.

Я несколько раз сопровождала детей и раненых бойцов по Дороге жизни. Путь был опасен. Фашисты не пропускали эшелоны, бомбили и расстреливали из пулеметов беззащитные поезда, автомобили и плавсредства. Приведу два случая. Наш путь по Ладоге с детьми близился к концу. Был тихий, солнечный осенний день, за бортами судна плавали льдинки. И вдруг над нами появился «Юнкерс», сбросил две бомбы, но промахнулся.

Сделал еще два захода, прострочил из пулемета и улетел. Мы все были в недоумении: в чем дело, почему оставил нас в покое и не попытался потопить. Причину поняли позже, когда доплыли до берега. Оказывается, у него не осталось больше боеприпасов. В ужасе застыли мы, когда увидели полыхавшие пирсы. Весь берег — сплошной огонь, нашему судну негде пришвартоваться. С трудом нашли маленький просвет в пожарище, и через него, по пояс в ледяной воде, вытаскивали на берег истощенных детей. Потом двинулись в обратный путь за новой партией эвакуируемых.

В ту же осень, в такой же яркий солнечный день сопровождала я детей через Ладогу. На Финляндском вокзале посадили детей в поезд и тронулись. На полпути до Ладоги наш поезд был атакован фашистским самолетом. Паровоз стал подавать тревожные гудки, которые разрывали нам душу. Всех детей уложили на пол под скамейки. Самолет сбросил несколько бомб и все мимо. Обстрелял из пулемета, сделал несколько заходов и улетел. Ранено было двое, одна девочка убита.

сандружинницы

Изрешеченный пулями состав прибыл в Борисову Гриву. Здесь нас накормили. А потом — пароход. Он уже был настолько перегружен, что нам не хватило места. Выделили дополнительно кой-то тихоходный катер. Мы отчалили первыми, а пароход почему-то задержался. Где-то на середине Ладоги он нас догнал. Оказался справа от нас, а слева, на обратном курсе — буксир с баржей, на которой стояли железнодорожные вагоны. Когда наш маленький катер оказался между ними, невесть откуда взявшийся фашистский самолет стал пикировать и сбрасывать бомбы на судно с детьми.

С двух сторон застрочили наши зенитные пулеметы. Укрыться нам негде. Осколки градом посыпались на нас. Пароходы быстро разъехались, а мы стоим на месте. Фашист, истратив боезапас, решил позабавиться и стал пикировать на наш катер, да так низко, что было видно его лицо в очках.

В первый заход мы все растерялись, упали друг на друга, но второй заход встретили дружным залпом из винтовок. Фашист, дав пулеметную очередь, решил больше не рисковать и улетел. Вес как-будто обошлось, никто не пострадал.

Моряк разделся и нырнул в ледяную воду. Схватил рыбу, а она, оказывается была только оглушена она потащила моряка на дно. Пришлось кинуть спасательный круг. Одной рукой он ухватился за него, а другой держит рыбу. Весь об нее порезался, вода стала красной от крови, но рыбу держал крепко.

С ловлей рыбы мы провозились около часа, если не больше. На берегу, зная о том, что на нас было нападение, а мы вовремя не приехали, стали беспокоиться и послали нам на помощь быстроходный катер. Вот так закончилась еще одна моя поездка по Дороге Жизни.

Был и такой забавный случай. В 1942 г. открылась баня на Международном (ныне Московский) проспекте. Первое время мыли только солдат. В баню мы ходили очень редко, поход в нее был великим праздником. Как-то раз, после выполнения очередного задания нас строем повели в баню. Было холодно, мы ужасно все устали, но шли бодро. В бане работало всего одно отделение, оно было и мужским и женским. В это время там домывался взвод солдат. Мы устроились на лестнице — кто сидел, кто стоял, а некоторые дремали на коленях подруг. Силы на исходе. И вот кто-то из нас вдруг сказала: «Девчонки, а что мы их ждем, когда они вымоются, их там мало, а нас много — пошли мыться!» И мы пошли. Только вошли на порог раздевалки, слышим кто-то кричит- «Ребята, раздевайся, девки пришли!» Струхнули мы, но, пересилив страх, вошли в раздевалку. В это время врывается их взводный и кричит: «Кто разрешил? Кто вас пустил? У меня еще целый взвод не мылся!». Против этого ничего не возразишь — пришлось уступать раздевалку и основательно устраиваться на лестнице. Легли спать.

Поспав и отдохнув, пошли на повторный штурм бани. Встали и — в раздевалку. На этот раз решили не отступать. В раздевалке электричества не было, горели коптилки. Мы с подругой разделись И юркнули в мыльную. Пару много, свету мало, мест не видно. Ходим, ищем, и вдруг вижу — у стеночки двухместная лавочка, на ней один, стоя моет голову в тазу, а другой собирается уходить. Я села на его место. Моюсь — вдруг толкает меня в бок мой сосед и просит: «Потри спину». Я притихла, молчу, сижу, как мышь, тихо. Он второй раз намыленной мочалкой толкает, я молчу, он продолжает мыть голову. Тогда он в третий раз толкнул меня мочалкой в бок и стал протирать глаза.

Он не мог понять, почему его товарищ отказывается потереть ему спину. Подняв голову и увидев меня, остолбенел. Когда к нему вернулся дар речи, он смачно выругался, добавив: «Баба!» Не веря своим глазам, плюхнулся на скамейку и смотрит непонимающе: в облаках пара ходят феи с распущенными волосами.

Мы хорошо помылись и строем вернулись в казарму.

Город стал готовиться к прорыву блокады. Часть сандружинниц направили в МПВО, а часть — в Действующую армию. Кто стал связистом, кого направили в морскую пехоту, кого в разведку. Я была назначена санинструктором батальонного медпункта одной из танковых частей. В моем распоряжении был танк Т-34, снаряженная носилками и санитарной сумкой, выезжала со своим батальоном на передовую для оказания помощи раненым.

От вражеской пули погибла 16-летняя санинструктор Женя Стасюк. Во время боя она появлялась в самых опасных местах. Когда началась контратака, Женя находилась среди атакующих. Гитлеровцы открыли перекрестный огонь, упал, скошенный пулеметной очередью, командир взвода. Атака захлебнулась, бойцы слегли, стремясь плотнее прижаться к земле, фашист поливал свинцовым огнем, не давая бойцам поднять головы. И вот в этот момент Женя, вырвавшись вперед, крикнула: «Ребята, за мной» Бойцов подняла в атаку, а сама осталась лежать с пробитой грудью. Враг был выбит из траншей, высота взята.

Когда фашистов отогнали от Ленинграда, встал вопрос, кто будет разминировать область. Мужчины все воюют, пошли на Берлин. И здесь выход был найден. Быстро научили бывших сандружинниц, и девчата стали минерами (Раиса Ивановна Малюкова)

Не пропустите новые материалы. Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен.
Подписаться

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *