Шпионская информация о советских патриотах

Шептицкий
1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (2 оценок, среднее: 5,00 из 5)
Загрузка...

Оккупанты подбирали в свою агентурную сеть главным образом таких церковных сановников, которые не только располагали широкими возможностями детально информировать гитлеровцев о положении в высших церковных и националистических кругах, но и могли эффективно влиять на них в выгодном для оккупантов направлении. Одним из таких агентов был коллега И. Слипого епископ Никита Будка.

Преосвященный Никита, получив образование в духовной семинарии и завершив его в Ватикане, был посвящен в сан священника в 1912 году, а затем стал епископом греко-католической церкви в Канаде.

На первых порах молодой епископ с украинской фамилией, но с английским паспортом в кармане старательно взялся за пропаганду «англо-украинского сотрудничества». По его словам, только такое «сотрудничество могло привести к созданию единого антибольшевистского фронта и освобождению Украины от коммунистов». Он всячески распространял среди украинских эмигрантов проанглийские идеи, подчеркивая «особенную историческую миссию Англии в отношении будущей Украины».

Но времена меняются, и вот Никита Будка служит уже новым хозяевам. Перебравшись в Галицию, где Шептицкий назначил его генеральным викарием Львова, он становится секретным сотрудником СД и под руководством Кнорра в течение двух лет деятельно помогает фашистам.

«Епископ греко-католической церкви Н. Будка, проживавший во Львове, в доме митрополичьей консистории на площади Юра, N 5, был завербован лично мною в моем служебном кабинете в первой половине 1942 года. Его задачей было изучение священников и приспособление политики церкви к нашим, немецким интересам. Будке было поручено использовать церковь для пропаганды той мысли, что бог помогает немцам, а война непременно окончится нашей, немецкой победой… Поручения службы безопасности епископ Будка выполнял аккуратно» — так характеризовал епископа и круг его обязанностей капитан службы СД Кнорр.

А вот другой гитлеровский помазанник, ректор Станиславской духовной семинарии Авксентий Бойчук. Ревностный почитатель Иосифа Слипого, Авксентий, с точки зрения завистливых униатских душепастырей, сделал блестящую карьеру. Тихий, с вкрадчивыми манерами, угодливо почтительный с вышестоящими и надменный с низшими, Бойчук при поддержке Слипого стал ректором духовной семинарии, а вскоре советником и референтом епископской консистории.

Но без одной, весьма существенной детали послужной список ректора был бы не полон. Речь идет о его агентурной службе в гитлеровской СД, где Бойчук был известен с ноября 1941 года под кличкой Герр Клаус. Фамилия Бойчука появилась в картотеке агентов СД после длительной беседы с ним в кабинете Кнорра. Отвечая на вопрос Кнорра о положении в Прикарпатье, Бойчук сообщил об известных ему советских активистах, о решительном отказе крестьян некоторых сел сдавать контингенты для «немецкой армии- освободительницы»; назвал имена ряда священников, которые, по его мнению, «слишком нянчатся с бывшими колхозниками».

Полученные от нового агента сведения Кнорре направил в Станислав и поручил своему подчиненному, начальнику Станиславской СД унтерштурмфюреру Вилли Асману, продолжать конспиративную связь с Бойчуком. Эсэсовец наладил встречи с Бойчуком и через него — с епископом Хомышиным.

Шептицкий

Как выяснилось в ходе судебного разбирательства над группой униатских предателей, по доносам Бойчука фашисты арестовали десятки патриотов — украинцев, русских, поляков, евреев. В их числе были и священники. Так, например, по информации ректора семинарии фашисты расстреляли католического ксендза Витвицкого, который помогал советским людям скрываться от полиции. Недаром Кнорр, оценивая заслуги Герра Клауса, записал: «Авксентий Бойчук, как наш агент, работал хорошо».

Служба безопасности фашистов использовала и другого предателя в монашеском одеянии — игумена Станиславского монастыря ордена редемптористов Романа Бахталовского. Отрабатывая получаемые оккупационные марки, игумен-шпион во время исповеди приговоренных к смертной казни патриотов старался выудить сведения о партизанах и подпольщиках; у голодных, измученных крестьян, вся вина которых часто заключалась лишь в том, что они дали кусок хлеба или чашку молока беглецу из немецкого концлагеря или советскому военнопленному,— сведения о «неблагонадежных»: коммунистах, комсомольцах, колхозных активистах.

Шпионская информация о советских патриотах, о положении в епархиях, о священниках-униатах поступала фашистам от десятков агентов в сутанах и рясах. Здесь и доктор теологии Северин Сапрун, который благодаря Кнорру стал директором «института искусств», и Николай Галянт — управляющий делами митрополичьего ординариата, и Василий Гринник— церковный судья Перемышльской епархии, и Александр Малиновский — апостольский администратор на Лемковщине, и Всеволод Дурбак — капеллан оуновского шуцманшафтбатальона, и многие, многие другие.

И каждый из названных и неупомянутых здесь предателей в сутанах в страшное время фашистского лихолетья, эксплуатируя религиозные чувства верующих, выпытывал и следил за своими прихожанами, предавая в руки гестапо тех, кто отказывался служить захватчикам.

Секретный вояж

В последние годы униатские активисты за рубежом и их националистические подпевалы на все лады рекламируют поездки кардинала Слипого в Бразилию, США, Канаду, его «триумфальный вояж» в Западную Германию осенью 1969 года и даже… посещение «святых мест» в Палестине в 1933 году.
Но популяризаторы кардинала почему-то «забывают» еще одну известную поездку. Не обмолвился
о ней и сам кардинал, хоть речь идет о вояже, представлявшем в свое время большой интерес как для митрополита Шептицкого, так и для его преемника кира Иосифа.

В мае 1942 года под предлогом участия в похоронах ректора Пражского украинского университета И. Горбачевского Слипый выехал в Прагу. Накануне отъезда Шептицкий имел со своим помощником длительную беседу…

— Жаль старого химика, — тихо произнес граф Андрей.— Ведь только два года не дотянул до девяти десятков. Но не на похороны преданного нам академика посылаю вас в Прагу.— Митрополит помолчал, будто собираясь с силами. Затем негромко добавил: — Главная цель Вашей поездки — Берлин. Там с помощью кира Петра (речь идет о Вергуне) встретитесь с представителем высших правительственных инстанций, в ведении которых находятся церковные дела. Необходимо широко ознакомить их с положением дел у нас и на Великой Украине, с нашим искренним отношением к победоносной немецкой армии и лично к фюреру.

— Понимаю, ваша эксцеленция,— согласно кивнул головой коадъютор, придвинувшись к коляске, где на высоких подушках восседал митрополит.

— Мне кажется,— продолжал Шептицкий,— что в Берлине не реально оценивают силы и фанатизм коммунистов.

Отдельные гауляйтеры ведут себя так, словно Советы уже пали. Но, невзирая на молитвы и пожелания наши, большевики устояли. Дурной признак— расширение партизанского движения. Хлопы (крестьяне) на селе бунтуют, несмотря на призывы душе пастырей,— не сдают контингенты, укрывают большевистских агитаторов и беглецов-военнопленных. Мужичье до сих пор не забыло, что проклятая богом коммуна наделила их землей, отобранной у священников и состоятельных хозяев. Отбросить красных за пределы Украины — еще не значит уничтожить здесь большевизм. Вырвать эту заразу следует с корнем, вместе с теми, кто может быть носителем бацилл коммунизма. К этому направлены усилия фюрера, в этом состоит и наша цель…

Слипый внимательно слушал своего наставника, не сводя с него глаз.

— Необходимо, еще шире приобщить к против большевистскому фронту наших верующих, и прежде всего людей Бандеры и Мельника. Создать из них с помощью немцев вооруженную силу, которая в первую очередь расправилась бы с обольшевиченными рабочими и мужиками и, само собой разумеется, помогла бы немецкой армии на фронте. Нам не важно, как эта вооруженная сила будет называться: немецкой или украинской — только бы она с помощью фюрера была создана.

Передайте представителю немецких властей, что мы и в дальнейшем будем делать все, чтобы помочь рейху в наборе рабочей силы, сборе контингентов, в поддержании благожелательного отношения верующих к фюреру… Надеюсь, что вы сможете также увидеться с апостольским нунцием Орсениго, епископом Винкеном, гетманом Скоропадским. Встретитесь и с Андреем Мельником.

На следующий день, 25 мая 1942 года, Слипый выехал в Прагу. После похоронной процедуры он отправился в пражское предместье Смихов, где в любезно предоставленном оккупантами уютном коттедже разместился экс-президент «Карпатской Украины» Августин Волошин.

Слипого интересовало положение в Закарпатье, отношение населения к фашистской оккупации, формы «державной жизни», влияние униатской церкви на развитие событий в Ужгороде, Мукачеве, Хусте…

Не пропустите новые материалы. Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен.
Подписаться
2 комментариев на тему “Шпионская информация о советских патриотах
  1. Знакомый коммунячий почерк. Гебистам и атеистам читать такое приятно, ведь это оправдывает их беззаконные и подлые дела по отношению к верующим. А хотелось бы объективной непредвзятой информации.

  2. Не секрет, что душепастыри всегда на кого нибудь работали. Все были чьими то агентами.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *