Штурм таинственной высоты смерти

артиллерия

Лето 1943 года. Под Курском и Орлом сложилось особенно напряженное положение. Немцы подбросили сюда сотни самолетов, сгруппировали танковые дивизии, сосредоточили огромное количество артиллерии.

На этом фронте находилась и 16-я Литовская. Вацловас Бернотенас, получил задание — добыть языка, захватить вражеские документы.

Перед позициями дивизии грозно возвышалась таинственная высота. Она словно вымерла. Но к ней никак не доберешься — внизу голая, насквозь простреливаемая местность. Кругом — густые проволочные заграждения. На колючей проволоке подвешены пустые консервные банки, которые под ветром издают самые странные звуки. Чуть только начинает темнеть — над высотой взвиваются яркие ракеты.

Перед Бернотенасом — штабная карта, испещренная условными знаками. Слева от высоты синие кружки — доты, в глубине немецкой обороны, в овраге, — танки, на южном склоне высоты тяжелый пулемет.

Только на самой высоте — никаких отметок Можно сказать — сплошной вопросительный знак! Вацловас в который раз впивается взором в эти линии и пустоты, терзаемый тревожными думами.

— Проклятая высота! — вздыхает Бернотенас. — Ни черта о ней не знаем!

— Зато сколько там языков! — лукаво щурится старший политрук Кудла. — Пойдете на высоту — и я с вами!

Бернотенас рассказывает Кудле о неудачных попытках разведчиков проникнуть на эту высоту. Вацловас советуется с самыми лучшими и самыми смелыми в своем взводе: Аршвиласом, Люткусом, Шнекасом. В голове у Бернотенаса постепенно — хотя еще туманно — складывается план. И наконец, он предлагает командиру полка:

— Атаковать днем!

— Разведка боем… — отзывается один из офицеров. Полковник в раздумье нагнулся над картой. Потом заявляет:

— При данной обстановке это неизбежно. Одобряю. Готовьтесь! Бернотенас созывает своих бойцов. Показывает на высоту смерти:

— Железный репей… Надо вырвать!

Для смелой операции штаб полка создает усиленную роту, которую поддержит артиллерия. Взводу Бернотенаса — первоочередное задание: захват пленных. Начинается кропотливая отработка предстоящего удара, неотступного следования за огневым валом артподготовки. На последней генеральной репетиции бойцы действовали без единой ошибки. Ночь на 24 июня. Бернотенас выводит свой взвод на передовые линии. Разведчиков сопровождает усиленная рота.

— Отдыхайте, ребята! — говорит лейтенант. — Завтра будет жарко.

Бернотенас сидит у края окопа. Рядом облокотился о пулемет Юлюс Люткус, бывший токарь из Каунаса. Он добровольно попросился в разведку к Бернотенасу и сразу понравился всему взводу. Совсем еще молодой. Вскоре товарищи узнали, что, эвакуируясь в глубь страны, Юлюс во время бомбежки в Минске потерял жену. Разведчики рассылали запросы по всем возможным адресам.

Отовсюду поступали ответы: такая-то в списках эвакуированных не значится… А перед самым выступлением для захвата высоты пришла долгожданная весточка: Мой дорогой, я самая счастливая женщина. Нашла тебя в разгар войны, в безграничной России.

— Приготовиться! — тихо бросает команду Бернотенас, подтягивает ремень, проверяет оружие.

Ровно в 7 часов взлетела зеленая ракета. Наша артиллерия обрушивает снаряды на высоту смерти. Холм тонет в огне и дыму.

До холма — 800 метров совершенно гладкой, голой местности. Из окопов поднимаются на штурм Бернотенас со своими разведчиками.

Немцы ведут бешеную стрельбу. Но атакующие рвутся вперед так стремительно, что гитлеровцам все время приходится заново пристреливаться.

До заграждений — несколько десятков метров. Бойцов несет вперед неудержимая сила. Пулеметные очереди правую группу атакующих прижимают к земле. Что-то твердое и горячее ударяет в грудь Вацловаса.

Война

Попали, дьяволы, — бормочет он. Сквозь прижатые к груди пальцы сочится кровь. Лейтенант падает, но слышит, как под острыми ножницами и лопатками бойцов рвется проволока.

Бернотенас вскакивает, обгоняет других, кричит:

— Вперед!

Огонь фашистов становится все кучнее. Бьют мины, трещат пулеметы. До немецких окопов метров пятьдесят—шестьдесят. Теперь у всех одна-единственная мысль: ворваться в немецкие траншеи.

В дыму почти ничего не разобрать. Только по автоматным и пулеметным очередям ясно — враг в двух шагах. Лейтенант проваливается в глубокий окоп, хватает кого-то за плечи. Немец силится сбросить с себя Бернотенаса.

Но командир разведчиков с размаху ударяет врага лопаткой. Гитлеровец медленно оседает. Бернотенас спешит по проходу, на повороте натыкается на другого немца, который замахивается гранатой. Лейтенант успевает нажать на спусковой крючок. Гитлеровец падает. Со всех сторон — литовские, немецкие проклятия, желтые гимнастерки, зеленые мундиры. Все перемешалось. Стреляют, рубят, бьют прикладами.

Сопротивление подавлено. Захваченных пленных гонят в штаб, собирают трофейные документы.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *