Возвращение из плена на вражеском самолете

немецкий аэродром
1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...

8 февраля 1945 года. С утра пленные расчищают взлетную полосу. Рядом техники заправляют топливом бомбардировщик Хе-111, пилот прогревал моторы.

Обеденный час. Вот он — единственный, счастливый шанс. Теперь или никогда. Ведь Девятаева, поднявшего руку на мерзавца заключенного, готового пойти в услужение к врагу, уже восемь дней жестоко избивает охрана. Еще день-другой, и он вовсе выйдет из строя.

Владимир Соколов «вспомнил» вдруг «приказ» начальства: срочно расчистить капонир. И передал его немцу-конвоиру. (На самом деле дал условный знак Девятаев, который, взвесив обстановку, решил действовать немедленно.) Немец вывел пленных на летное поле. Но, видно, он заметил, что пленные подозрительно переглядываются и перемигиваются. Подал команду вернуться бегом назад. Охранник выдохся и промерз на февральском ветру. У разрушенного капонира он велел остановиться и разжечь костер.

У пленных от холода сводило скулы, подошвы выбивали дробь на снегу, только «группе захвата» было, пожалуй, даже жарко Земляной вал капонира скрывал их от наблюдателей. Пора, пора действовать! Девятаев переглянулся с Кривоноговым, крякнул. Достав из-под полы железную клюшку, пограничник стал незаметно заходить за спину фашисту. Тот обернулся, ахнул, хотел послать патрон в ствол. Но было поздно: несколько человек навалились на него сразу со всех сторон.

Те, кто не был посвящен в план побега, ужаснулись: что наделали, безумцы? За убийство конвоира теперь всех повесят. Но Девятаев прикрикнул на них, Кривоногое поспешно объяснил, что Миша — летчик, сейчас они все улетят на родину.

Пленные строем поспешили к самолету. «Шнеллер, шнеллер!» — поторапливал Соколов, показывая направление. Со стороны казалось, что будто их гонят на работы, поэтому это не вызвало подозрений.

Выломали дверцу в самолет,и вот Девятаев в кабине. Нажал кнопку, другую: приборы не действуют. В чем дело? У немецкого летчика моторы работали. Лихорадочно ощупывая арматуру и приборы, он сообразил вдруг: нет аккумуляторов, без них моторы не запустить.

— Ребята, ищите аккумуляторы! — крикнул он друзьям, которые поспешно расчехляли моторы, выбивали колодки из-под колес самолета.

Соколов с Кривоноговым метнулись к соседней машине. Быстро вернулись с тележкой, на которой был вспомогательный аккумулятор для запуска моторов. И как они нашли его так быстро? Не иначе заприметили, где немецкие техники оставляли оборудование.

Аккумулятор подключен к бортовой сети, искра есть, заплясали стрелки приборов. Летчик нажал левый стартер — мотор заревел, за ним пошел правый. Пленные полезли в фюзеляж. На лицах волнение, слезы радости. Но радоваться рано — надо еще оторвать тяжёлую машину от земли.

С неба посыпал мелкий снежок.

Обороты доведены до полной мощности, машина рванулась вперед, быстро набирает скорость. Пора и взлетать. Изо всей силы Девятаев жмет на штурвал, но колеса не отрываются от земли.

Штурвал все сильнее давит на грудь, Девятаев налегает на него всем корпусом. На миг колеса отделяются от земли, но, «скозлив», самолет снова опускается на три точки. Перед самым обрывом пилоту с неимоверным трудом удается развернуть машину; правая консоль пашет землю.

А на аэродроме тревога, воют сирены, от зениток и самолетов бегут гитлеровцы. От ангара отделяется мотоцикл с коляской, на ней пулемет. Лишь ревущие винты могучей машины не позволяют подойти ближе.

Хе 111 самолет

— Миша, взлетай, а то конец нам! — кричат ничего не понимающие товарищи. — Взлетай скорей!

Девятаев, обливаясь холодным потом, направляет машину и гущу врагов. Он выруливает «хейнкель» на новый заход. С ревом несется самолет по взлетной дорожке в сторону моря. Летчик изо всех сил пытается отжать штурвал от себя, но не только сил, просто веса тела не хватает.

— Давите на руль, ребята! — кричит он из последних сил Кривоногову и Кутергину, которые с двух сторон протиснулись к сиденью пилота.

И ребята, особенно богатырь Кутергин, так давят, что самолет наконец отрывается от земли. Он летит низко, едва не задевая башни аэродромных служб, но летит, летит, черт возьми! Беглецы, не выдержав, кричат «ура», нестройно запевают «Интернационал», глотая слезы радости.

С трудом набрав высоту, самолет неожиданно переходит в пикирование. Быстро приближаются свинцовые воды Балтики. И снова по команде Девятаева его товарищи то давят на ручку, то отпускают ее, выравнивая машину. Набрав метров двести высоты, летчик переходит в горизонтальный полет. Впереди снежное облако, оно весьма кстати: на перехват бомбардировщика с аэродрома взмыл истребитель «фокке-вульф». Однако он почему-то не открывает огонь, и скоро отстает, потеряв беглецов в облачном тумане.

Немало еще пришлось пережить критических минут Девятаеву, ведшему неподатливую машину в сложнейших условиях слепого полета. Самолет то начинал падать к самой воде, то снова оказывался в облаках. Хорошо хоть баки заправлены горючим до отказа, моторы ревут ровно и мощно.

Сначала Девятаев вел машину в сторону Швеции, чтобы сбить с толку возможных преследователей, но вскоре, ориентируясь по солнцу, свернул на восток. Вот и скалистый берег, за ним поля, лес. Вспышки зенитных снарядов обозначили линию фронта. Черт, стреляют по ним, ведь на фюзеляже черные кресты! Нужно идти на посадку, а то свои собьют.

От удара о землю шасси подломилось, машина проскользила и замерла. К самолету сбегались советские автоматчики. Изумление солдат было не передать словами, из кабины выбрались живые скелеты в робах с бирками на груди, русские герои, входящие в эти минуты в легенду.

А война продолжалась. Подлечившись, воины снова взяли в руки оружие, с еще большей яростью били ненавистного врага. Трое — Владимир Соколов, Петр Кутергин и Иван Олейник сложили головы в боях за Родину. Те, кто остался жив, вернулись в родные края, к своим близким, к прерванному войной труду.

Лишь спустя много лет, когда в газетах впервые было рассказано о легендарном побеге из фашистского ада, стали откликаться боевые друзья. В августе 1957 года М. П. Девятаеву было присвоено звание Героя Советского Союза, правительственные награды получили остальные участники беспримерного подвига.

Не пропустите новые материалы. Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен.
Подписаться
19 комментариев на тему “Возвращение из плена на вражеском самолете
  1. Не забудьте сказать- что всех кто улетел с Девятаевым перебила гебня. А сам он сидел.

    1. Для проверки обстоятельств попадания в плен Девятаев был помещён в фильтрационный лагерь[7] — «Спецлагерь № 7» НКВД[8]. После завершения фильтрационной проверки продолжил службу в рядах РККА.
      Остальные участники побега, после проверки и лечения (Соколов, Кутергин, Урбанович, Сердюков, Олейник, Адамов, Немченко) были зачислены в одну из рот 777-го стрелкового полка (по другим данным — в 447 стрелковый Пинский полк 397 стрелковой дивизии) и отправлены на фронт в конце марта 1945 года
      Побег, напомню: 8 февраля 1945 года

    2. Я был пацан. Видел Девятаева дома. Они дружили с отцом.Через жизнь
      пронес героический образ этого Человека.

  2. Как всегда Родина хорошо отблагодорила ГЕРОЕВ. Действительно эти люди настоящие ГЕРОИ.

  3. Может у He-111 всё наоборот, но для взлета штурвал тянут на себя. От себя — это к земле

    1. Хвостовое колесо — для взлетного выравнивания надо сначала отдать штурвал от себя, чтобы поднять хвост. А пропеллеры 2х моторов создают мощный воздушный жгут. Поэтому рули высоты очень «тяжелые»

    2. He-111, как и на АН-2 вначале разбега штурвал отдается от себя и с нарастанием скорости берется на себя

  4. А у меня есть книга «Сотый шанс» . В 60 — 70 годы Девятаев был капитаном судов на подводных крыльях на Волге

  5. А потом им отстучали почки — типа предатели и провокаторы.
    Сколько лет лагерей им накинула родина, напомните?

  6. Читал книгу автор М.Девятаев называется книга» Побег из ада «где сбежавший в Америку отец американской космонавтики немец Вернер Фон Браун испытывал на детях воздействия газов пакетного топлива

  7. В 1985 г на парадной тренировке лично слушал рассказ самого Михаила Девятаева.Во время перерывов мы все окружали ветеранов и слушали их. Он подробно рассказал о побеге и отвечал на все вопросы. Около Девятаева народа было больше,чем у других. У Контария было гораздо меньше.

  8. Автор забыл упомянуть, что захваченный героями He-111 не был простым бомбардировщиком. Это был воздушный командно-измерительный комплекс приписанный к Пенемюнде.. И после угона у Фон-Брауна возникли проблемы с испытаниями Фау-2 на полигоне, а Гитлер зачислил Девятаева в список своих личных врагов! Но кроме всего этого машина набитая самой современной электроникой Третьего рейха попала в руки наших спецов практически целой!

  9. в «перестроечное» время газеты писали, что Девятаев апосля немецкого концлагеря оказался в Сталинском. К очередной годовщине о нём вспомнил татарин типа: А где это лётчик?! Девятаев был срочно освобождён. Узнав об этом он за день покрылся псориазом. Лечили, по народному, жестко запарили в бане, так он вылечился…

  10. вееяния 90х — «о неблагодарной родине». Это война НА УНИЧТОЖЕНИЕ , совсем не американо-немецкая, там только в фантастических фильмах типа «ярость» и про солдата Райяна такое. Как быть с теми кто «прибыл» из плена …на немецком бомбардировщике. Можете себя поставить на место «особиста»? Фильтрация и проверка -это закономерные и неотъемлимые действия. Абвер даже инвалидов плодил для засылок

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *