Враг упорно лезет на Кавказ

немцы вов

Враг остервенело рвался вглубь Кавказа. В середине августа 1942 года непосредственная угроза нависла над Новороссийском. Для отпора гитлеровским захватчикам на подступы к городу стягивались войска. В числе этих частей и соединений оказался и наш 239-й артиллерийский полк вместе с другими полками 77-й стрелковой дивизии, отошедшими с Тамани.

Бойцы и командиры полка, как и все фронтовики южного участка, хорошо понимали опасность сложившейся для нас военной обстановки.

На вторые сутки после марша с Тамани весь командный и политический состав был приглашен в штаб полка, расположившийся в Верхнебаканском. Командир части разъяснил нам обстановку, создавшуюся на Новороссийском направлении.

— Немцы не считаются ни с какими потерями, — говорил он, — упорно лезут на Кавказ. На нашем направлении они продвигаются к реке Адагум. Противник готовит ударные группировки и для наступления на Варениковскую, хутор Красный. Мы, конечно, за последние дни долгих переходов немало устали. Но не об отдыхе сейчас речь. Предстоят тяжелые бои. Очень вероятно, что фашисты бросят против нас танки. К этому нужно подготовиться как следует.

Днем, 19 августа, передовые вражеские части подошли к нашей обороне и попытались с ходу захватить населенные пункты Армянский и Шептальский, высоту 204,8. Оборонявшиеся здесь 3-й батальон 105-го стрелкового полка и 2-й батальон отдельной стрелковой бригады встретили фашистов всей мощью своего огня.

Завязался кровавый и жестокий бой с превосходящими силами противника. Большую помощь оказывали пехоте 1-я и 6-я батареи нашего полка. До позднего вечера они вели меткий губительный огонь. Но враг лез напропалую. Несколько раз высота 204,8 занималась гитлеровцами и потом опять отбивалась красноармейцами. В конце концов замысел противника был сорван, его атаки оказались безуспешными.

Однако противник не отказался от своих намерений наступать именно здесь. Попытки мелких вражеских групп ночью прорваться через нашу оборону и ударить с тыла подтверждали такое предположение. Для противодействия врагу сюда из района Неберджаевской срочно выдвигался учебный батальон дивизии, а для усиления противотанковой обороны к утру на это направление перебрасывалась из Нижнебаканского 7-я батарея. Было еще темно, когда батарея после осмотра местности командиром заняла огневые позиции для стрельбы прямой наводкой в 200 метрах севернее станицы Неберджаевской.

— Должно быть, день будет «жаркий», — сказал комбат Павленко, — противник наверняка предпримет наступление при поддержке танков. От нашей стойкости теперь зависит все.

Как и предполагалось, 20 августа противник возобновил наступление. Около 12.00 после короткой, но сильной артподготовки, гитлеровцы силами до пехотного батальона атаковали нашу оборону. Основной удар приняли на себя подразделения 3-го батальона 105-го стрелкового полка. Поддержанные огнем артбатарей, бойцы подпустили фашистов на близкое расстояние и начали расстреливать их из пулеметов и винтовок. Дважды воины-пехотинцы переходили в рукопашную, но противостоять перед численно превосходящим противником, вооруженным танками, нашим воинам становилось все труднее. С каждым часом таяли силы стрелковых рот и батальонов. Обливаясь кровью, они с боем медленно пятились назад.

Вскоре гитлеровцы пробили брешь в нашей обороне. Сюда ринулись их танки. Где-то к 16.00 фашисты захватили важную в тактическом отношении высоту 204,3. Заняли несколько небольших хуторов и начали теснить наши части к Неберджаевской. Контратаки учебного батальона, переброшенного сюда по приказанию командира дивизии и вводимого в бой поротно, успеха не имели. Понеся значительные потери, курсанты учебного батальона отходили в сторону позиций нашей 7-й батареи и подошли к ним почти вплотную.

К 19 часам немцы возобновили наступление крупными силами. Снова в атаку пошли фашистские танки. Их было больше десяти.

Как только вражеские машины подошли к нам на расстояние менее чем на 400 метров, выскочили на небольшой пригорок и стали видными, как на ладони, тотчас раздалась громкая команда:

— По танкам противника, бронебойным — огонь!

Грянули выстрелы. Снаряды со свистом полетели в сторону врага. Головной фашистский танк закрутился на месте. Остальные стали расползаться в стороны. Снова команда Павленко:

— Наводите точнее! Первому — повторить огонь! Второму, третьему и четвертому — бить по бортам уходящих машин!

Расчет старшего сержанта Пименова ведет огонь по танку. После второго выстрела раздался сильный взрыв. Над фашистским стальным чудовищем взмыли густые красно-черные языки пламени.

Другие наши орудия также густо обложили вражеские танки разрывами снарядов. Противник открыл интенсивный ответный огонь. Его артиллерия массированным налетом обрушилась на наши позиции. Ранены красноармейцы Волобуев, Зайцев, Гордиенко. Получил ранение только что прибывший на должность замкомбата молодой лейтенант. Командир батареи Павленко попытался отправить раненых в тыл, но они наотрез отказались покинуть позицию, наскоро перевязав раны, продолжали вести огневой бой с противником. Вот один за другим последовало несколько точных залпов всех четырех орудий батареи. И почти одновременно подбито два фашистских танка, только что переваливших шоссе.

Противник злобно обрушился на батарею и «накрыл» ее огнем. На позициях со свистом рвались снаряды. Осколки смертельно прошили только что раненого заряжающего Гордиенко.

С наступлением темноты бой затих, ночь прошла неспокойно. Хотя гитлеровцы активных боевых действий в это время и не вели, отдыхать не пришлось. С вечера эвакуировали раненых и хоронили убитых. Исковерканные орудия отправили в Новороссийск на ремонт.

артиллеристы вов

Под утро на батарею взамен поврежденных привезли новые орудия. Прибыло и несколько красноармейцев для восполнения понесенных накануне потерь. Батарею поставили на другие позиции, ближе к станице Неберджаевской, подготовили боеприпасы. А когда занялся рассвет, наметили ориентиры и составили карточки противотанкового огня.

Спозаранку было ясно и тихо. Часа через три в воздухе появились «хейнкели» и «мессершмитты». Заухала артиллерия, усилился огонь из стрелково-автоматического оружия. Немцы готовились к атаке.

Ровно в 9.00 гитлеровские солдаты двумя группами силой до батальона каждая атаковали наши позиции.

Возникла опасность окружения 7-й батареи. Тут мы получили приказ на отход. Прежде чем его начать, решили как можно больший урон причинить противнику. Цель попалась хорошая. На небольшом пригорке в кустарниках сосредоточилось до сотни вражеских солдат, готовившихся для очередной атаки. Командир батареи Павленко приказал сержантам навести сюда все орудия, а когда это было выполнено, он подал команду: «Залпом, огонь!»

Взрывы снарядов взметнули землю в самой гуще фашистов. Потом рванули один за другим еще два залпа. В стане врага суматоха и замешательство.

Через две-три минуты противник нанес артудар по расположению батареи. Когда обстрел стал затихать, ездовые Лебедик, Вафин, Артемов и Бубликов быстро подъехали с упряжками к капонирам, расчеты немедля зацепили орудия, и батарея на галопе оставила станицу, зажатую противником в клещи.

Вместе с курсантами учебного батальона отходим от Неберджаевской километров на семь по дороге к хутору Липки. Противник пытается нас преслёдовать, обстреливает и бомбит колонну отходящих войск. Но цели не достигает. Шоссе с обеих сторон прикрыто лесным массивом. В результате нам удалось оторваться от противника и почти без потерь выйти на новый рубеж обороны северо-восточнее хутора Липки.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *