Артиллерийское наступление на Карельском перешейке

Артиллерийское наступление на Карельском перешейке

В сражении на Карельском перешейке, боевое использование артиллерии основывалось на принципах массирования и точности огня батарей всех тактических групп.

Огневое превосходство над противником было завоевано не столько количеством артиллерийских средств, сколько умелым использованием их. Разумеется, что на направлении главного удара сосредоточивалась основная масса батарей. Тут соотношение сил было для нас явно выигрышным. На вспомогательных же направлениях недостаток в количестве стволов компенсировался гибким управлением. Батареи обрушивались на цели массированно и последовательно, исходя из того, в какой мере эти цели в данный момент тормозят продвижение наших войск.

Стрельбе на разрушение было уделено исключительное внимание. Накануне для атаки первой полосы обороны на это отвели целый день. По силе укреплений первая полоса уступала, последующим, но роль ее была важнейшей, поскольку здесь, по существу, решался темп наступления и последующий результат всей операции. В целях маскировки направления главного удара стрельба на разрушение проводилась одновременно но всему фронту — от Финского залива до Ладожского озера. Воздействию подвергались особо важные долговременные сооружения. Вся эта работа была строго спланирована по времени и участкам с таким расчетом, чтобы дать возможность каждому командиру батареи вести наблюдаемый огонь.

Местоположение наблюдательных и командных пунктов противника, его штабов и узлов связи было точно определено. Но до поры до времени их не трогали, чтобы затем ударить по ним с большой силой. Тактическая внезапность огневых ударов достигалась еще и тем, что огонь на разрушение вела не вся артиллерия, для этого предназначенная, а лишь часть ее.

Остальные в это время, маскируясь гулом канонады, производили пристрелку и контролировали данные по реперам. Объект считался разрушенным не по числу прямых попаданий, а по видимым признакам полного уничтожения цели. Стрельбе артиллерийских групп разрушения предшествовал пулеметный огонь но всему фронту, что заставило противника занять свой боевой порядок. Последовавший затем мощный 5-минутный огневой налет но траншеям нанес огромный урон финнам в живой силе.

Насколько эффективно работала артиллерия в этот день, показывает тот факт, что надежному разрушению подверглись 180 мощных сооружений противника. Поэтому к исходу дня подразделения, которые вели разведку боем, вклинились в оборону противника на ряде участков и захватили много пленных, что, кстати сказать, не всегда удавалось до этой операции. Чтобы воспретить противнику восстанавливать разрушенные объекты, несколько батарей вело всю ночь методический огонь, согласно особому плану.

Артиллерийская подготовка атаки строилась необычно. Не было характерного чередования интенсивного огня с почти полным прекращением его. Стрельба велась методически, одновременно по всему фронту и по всей глубине тактической обороны противника. Цели были строго определены. Предусматривалось не подавление, а разрушение траншей, долговременных и дерево-земляных точек. Кроме того, в определенные моменты внезапно и быстро сотни орудий вели огонь по наблюдательным и командным пунктам, штабам и узлам связи.

Естественно, что даже с помощью аэростатов, корректировочной авиации и широко развернутой сети наблюдательных пунктов не удавалось просматривать все абсолютно , участки финской обороны. Наиболее скрытыми были цели в районе 3-й и 4-й линий траншей.

Артиллерийское наступление на Карельском перешейке

Однако это не заставило артиллеристов прибегнуть к обстрелу площадей обычной шкалой прицелов и угломеров. Били на одних установках, так как никто не сомневался в достоверности и точности имевшихся координат. Эта уверенность основывалась на весьма реальных, десятки раз проворенных данных всех видов артиллерийской разведки и тщательно проведенной пристрелки.

Трудно сказать, какой вид разведки был здесь ведущим. Штабы добились полной увязки в работе всех разведывательных Органов артиллерии и четкого взаимодействия с авиационной, пехотной, танковой и инженерной разведками. Сведения о противнике постоянно сопоставлялись, подвергались всестороннему анализу, что позволяло делать определенные выводы.

Например, работа взводов звуковой разведки дополнялась аэрофотоснимками. В свою очередь авиаторы, чтобы точно определить, активную огневую точку на пересеченной местности, пользовались координатами звуковой разведки. Характерно, что, применив специальные приемы, разведчики по звуку засекали даже минометы. Взвод звуковой разведки определил координаты четырех минометных батарей. Ее наши артиллеристы поразили одиннадцатью прямыми попаданиями.

Исключительно точная работа разведчиков всех специальностей обусловила максимальное приближение средней траектории к цели, а это в свою очередь определило высокую эффективность стрельбы даже по ненаблюдаемым объектам. При этом расход снарядов был в среднем небольшой. Артиллеристам не приходилось нащупывать цели стрельбой на различных установках, как это иногда практиковалось раньше.

Благодаря точности огня и одинаковому режиму его в период артиллерийской подготовки и во время атаки

переднего края, противник был потрясен морально и физически. В течение многих минут он не оказывал почти никакого сопротивления нашей пехоте, ворвавшейся в его расположение. Пленные финны потом показывали, что они никак не могли уловить конца артиллерийской подготовки. Все сидели, прижавшись к земле, и опомнились лишь тогда, когда наша пехота уже овладела первой линией траншей.

Высокие результаты показали орудия, стрелявшие прямой наводкой. Батарея ст. лейтенанта Якимовича, например, буквально дробила каменные надолбы. Огнем 203-мм орудий был разгромлен «Дот миллионер», имевший 11 м в длину.

С начала атаки, как уже говорилось выше, темп артиллерийского огня не ослабевал и не нарастал. Велась стрельба на разрушение всех траншей в наиболее важных участках их. Серьезные задачи возникли в области контрбатарейной и контрминометной борьбы. Финны стремились задержать нашу пехоту заградительным огнем. Специальные тактические группы нашей артиллерии зорко следили за развитием событий и быстро воздействовали на вражеские огневые позиции массированными огневыми ударами. И здесь сказалась точность работы разведки. Финские батареи переставали стрелять.

Продвижение пехоты в глубину обороны обеспечивалось «сползанием» разрывов снарядов, производившимся почти незаметными скачками в 50-100 м. Переносы огня производились по инициативе командиров дивизионов, находившихся с командирами батальонов. Чтобы избежать разрывов в огневом вале (а это возможно при таком децентрализованном управлении им), Командующий артиллерией применял огневые средства, которые находились в его руках.

О развитием боя получалась интересная картина. Непрекращавшийся огонь по всем линиям траншей не давал противнику маневрировать живой силой, парализовал большинство его огневых средств. Последовательный перенос в глубину огня батарей, стрелявших но переднему краю, все больше и больше увеличивал плотность разрывов. Пехота легко овладела всеми линиями траншей и организовала преследование отходящего противника.. В- первый же день она продвинулась более чем на 20 км.

Характерной особенностью развития успеха было гибкое маневрирование артиллерийскими средствами. Речь идет не только об орудиях сопровождения или артиллерии непосредственной поддержки пехоты, но и о быстрых перебросках целых артиллерийских соединений. Даже тяжелые полки не отрывались от передовых частей. Они быстро развертывались и массированным огнем подавляли сопротивление финнов.

Командование не останавливалось даже перед рокировкой крупных масс артиллерии с одного фланга на другой, для того чтобы решительно содействовать тактическому успеху какого-либо стрелкового соединения. К чести артиллеристов Ленинградского фронта надо отметить, что совершают перебазирование в рекордно короткие сроки и очень четко. Однажды потребовалось перебросить несколько соединений на расстояние 30 км. В течение 5 часов переброска была завершена. И это — на Карельском перешейке, в условиях ограниченного количества дорог и многочисленных водных преград.

Н-ское артиллерийское соединение, при общем продвижении войск на 100 километров, совершило переходы на расстояние свыше 300 км. «Рокируясь» с одного участка на другой, оно своевременно появлялось там, где требовалось добиться немедленного перевеса в огневых средствах над противником. Штаб соединения умело руководил перебросками. Он не ограничивался передачей распоряжений, а высылал своих представителей в части, находившиеся в пути.

Иногда случалось так, что стрелковое соединение производило рекогносцировку, а артиллерия уже стояла па позициях, подготовив огни. Такая мобильность, в частности, объясняется тем, что артиллеристы использовали лесные, незагруженные дороги, хотя те и были неудобны, а связь повсюду осуществлялась по радио.

Оцените статью
Исторический документ
Добавить комментарий