На разгром врага

На разгром врага

За годы оккупации Печенги гитлеровцы сильно укрепили оборону порта. Подступы с моря прикрывали 150- и 210-миллиметровые орудия. Батареи располагались на обоих берегах залива. Немцы создавали трехслойную плотность огня у входа в залив, а в глубине его — пятислойную. Враг предусмотрел и противоторпедную оборону, соорудив у причалов двухрядные боносетевые заграждения.

Перед отходом из Пумманок с участниками десанта беседовали командующий флотом адмирал А. Г. Головко и член Военного совета вице-адмирал А. А. Николаев.

На митинге перед выходом в море выступил пулеметчик 125-го полка коммунист Хазыр Хачиров.

— Через несколько часов, — сказал он, — наш десант будет вести жаркий бой за порт Линахамари. В этот бой вместе с нами пойдут славные герои Северного флота — Борис Сафонов, Иван Сивко, Федор Видяев и многие другие, отдавшие свои жизни за нашу великую Советскую Родину. Мы никогда не забудем их имена. И сегодня мы должны драться так, как будто они идут в атаку вместе с нами, как будто мы слышим их голоса, видим их глаза, которые не может закрыть даже смерть. Будем достойны этих героев! Вперед, за нашу землю, за наш народ!

…Головным шел катер Героя Советского Союза капитан-лейтенанта А. О. Шабалина. У самого входа в залив десантников накрыли лучи вражеских прожекторов. Затем в воздухе появились осветительные ракеты.

На катера обрушился огонь.

— Самый полный! — скомандовал А. О. Шабалин.

Корабли шли вдоль залива, лавируя между водяными столбами. Обогнув мыс Девкин, Шабалин высадил восточнее пятого причала двадцать пять десантников. Возвратившись назад, он показал остальным катерам путь к портовым причалам.

На разгром врага

В торпедный катер № 208 угодили два снаряда. Вышли из строя моторы. Нужно было устранить повреждения, чтобы быстрее покинуть зону обстрела. Главный старшина Коваль и старший краснофлотец Кучумов спустились в моторное отделение и, работая в удушающем дыму, исправили моторы. Дважды товарищи выносили на палубу потерявшего сознание краснофлотца. Но едва Кучумов приходил в себя, снова брался за работу.

Налет катеров вызвал в порту настоящий переполох. Заработали прожекторы, усилился огонь артиллерии. Чтобы ускорить высадку десанта, катерники поставили дымовые завесы. Третья группа кораблей шла уже в сплошном дыму. На обратном пути у мыса Девкин МО-428 наскочил на банку. Рядом с кораблем рвались фашистские снаряды и мины.

Загорелся кранец с 45-миллиметровыми патронами. Комендоры Лазарев и Гнасевич, рискуя жизнью, сбросили боеприпасы за борт.

На выручку МО-428 пришли гвардейцы Б. М. Ляха. Двадцать минут под огнем противника моряки тщетно пытались снять катер с банки. Снаряды уже рвались на катере Ляха. Командиру дивизиона пришлось отдать приказ: «Прекратить спасение МО-428, экипажу перейти на борт корабля Б. М. Ляха».

На МО-423 вышел из строя мотор. Были ранены штурман и рулевой. Потеряв в густом дыму ориентировку, катер вышел не к порту, а к мысу Крестовому и высадил здесь сорок девять курсантов во главе с лейтенантом Лединым.

В это. время на Крестовом разведчики отражали очередную контратаку немцев.

— Умрем, но отсюда не уйдем! — решила горстка героев.

В тяжелый момент боя к разведчикам совсем неожиданно подошла группа Ледина. Соотношение сил изменилось, и североморцы решили атаковать нижнюю батарею. Преодолев проволочное заграждение, они оказались на огневых позициях врага. Рукопашный бой длился несколько часов. В результате фашистский гарнизон, оборонявший мыс Крестовый, капитулировал.

Десантникам пришлось высаживаться под сильным огнем противника. Первым на берегу появилось отделение сержанта Величко, бойцы которого прикрывали во время высадки взводы младшего лейтенанта Семенова и лейтенанта Александрова.

А. Александров был тяжело ранен еще на катере и не мог вести в атаку своих бойцов. Тогда лейтенанта заменил старший сержант коммунист Иван Каторжный. Под его командованием взвод захватил три причала, уничтожил расчеты четырех пушек врага и с боем ворвался в гостиницу. А сам старший сержант Каторжный с бойцом Королевым водрузил над гостиницей красный флаг. Сейчас этот флаг, как дорогая реликвия, хранится в музее Северного флота.

Отряд старшего лейтенанта Петербургского очистил от немцев территорию порта и создал плацдарм, откуда можно было развивать наступление. Морские пехотинцы все дальше продвигались к озеру Пуроярви.

Майор И. А. Тимофеев со своим отрядом высадился на мыс Девкин позднее других. Отряд сразу же углубился на территорию противника. Отделение пулеметчиков сержанта Хачирова заняло огневую позицию дороги, по которой отступали из Печенги горные егеря. Немецкие автоматчики накатывались волнами, но морские пехотинцы не думали отступать. Хачиров, Пахомов и Молодиченко косили фашистов меткими очередями.

Вражеская пуля ранила в грудь командира отделения, пробила его партийный билет. Собрав последние силы, Хачиров бросил в немцев единственную гранату. Раздался взрыв. И в этот момент, как по сигналу, послышалось громкое «ура!». Морская пехота пошла в наступление и не пропустила егерей в Линахамари. Но десантникам не удавалось никак выбить немцев с высоты, где размещалась 210-миллиметровая батарея. И тут снова выручила авиация. Майор Тимофеев с восторгом сообщал по радио: «Авиация пришла на помощь немедленно.

Разведчики Барченко-Емельянова и Леонова соединились с десантными отрядами Петербургского и Тимофеева. С мыса Крестового разведчиков доставили на катере к западным причалам порта.

Противник отходил к озеру Трифоноярви. Вечером 13 октября по приказу командующего флотом на мыс Крестовый направилась 12-я бригада морской пехоты. Она должна была перебраться через залив в Печенгский порт и овладеть Трифоном.

Практически участь Печенги была уже предрешена: с юга пли пехотинцы 14-й армии, с севера — моряки. Начал готовиться к эвакуации и вражеский гарнизон в Киркенесе. В порту уже стояли транспорты, полные награбленных богатств.

В ночь на 12 октября от причалов отошел первый караван. Под покровом темноты он пытался покинуть Киркенес. Транспорты врага обнаружил воздушный разведчик комсорг эскадрильи Василий Рубан. Тотчас на разгром конвоя вылетели штурмовики, их прикрывали самолеты 27-го истребительного авиационного полка.

— Потоплено три корабля, — радировал Рубан после бомбежки.

В тот момент, когда советские самолеты бомбили транспорты, подводная лодка С-104 находилась в самом центре каравана. Командир капитан 2-го ранга В. А. Тураев наблюдал в перископ за виртуозной работой североморских авиаторов.

Противник сосредоточил все внимание на самолетах, и Тураев мог спокойно выбрать цель. Из аппаратов вылетели торпеды. На потопленном транспорте находились солдаты, которых никто и не думал спасать.

— Ну как, хорош день возмездия? — спросил командир лодки у главного старшины Л. А. Власова.

Главстаршина посмотрел в перископ:

— На славу!

14  октября, после того как морской десант занял Печенгский порт, а 63-я бригада на восточном побережье залива соединилась с 14-й стрелковой дивизией, печенгская группировка противника оказалась под угрозой окружения.

На следующий день части 14-й дивизии ворвались в Печенгу с востока и соединились с 10-й (бывшей 52-й) гвардейской стрелковой дивизией, наступавшей на город с юга. В Печенгу вошли те самые дивизии, которые в июне 1941 года первыми приняли удары горных егерей и сорвали планы гитлеровского командования по захвату Мурманска.

Оцените статью
Исторический документ
Добавить комментарий