Подводная лодка UC 15

Подводная лодка UC 15

Поскольку с вступлением в войну Болгарии стала возможна прямая доставка груза из Германии, срочно заказали мины, которые прибыли в Константинополь в феврале 1916 года. На Черном море использовали фландрский опыт.

Из Евксиновграда вышла UB 8, которая провела с 5 по 8 февраля разведку Севастополя и подходных фарватеров специально для ожидаемого похода 25 заградителя. Тем временем UC 15 сходила в Константинополь и вернулась в базу 6 марта уже загруженная. Через три дня после возвращения UC 15 пошла в боевой рейс, но сразу вернулась из-за неисправностей и стояла в ремонте до 21-го. В этот день она направилась к Севастополю, произвела доразведку, еще раз уточнив расположение подходных фарватеров и 24 марта поставила в выбранном районе 11 мин, вернулась она 26 марта. Наверстывая упущенное время лодке не дали застоятся в базе, вторая постановка у Севастополя 3 марта, то есть через неделю. Затем отдых и третья постановка уже в апреле.

Информация для размышления

Подойдя снова к главной базе Черноморского флота, лодка еще раз провела тщательную разведку и с большой точностью выставила 25 апреля 12 мин поперек Инкерманского створа на обвехованном фарватере. Подводники без сомнения внимательно наблюдали за работой тральщиков и произвели постановку после их ухода, поскольку за несколько часов до разыгравшихся событий фарватер был протрален, ожидали возвращения с моря кораблей. Причем в море вышла вторая маневренная группа (линкор “Императрица Мария” с охранением), а через четыре часа ожидалось возвращение первой маневренной группы. Именно в этот промежуток подводные минеры сделали свое дело. Охранение возвращающейся группы перед базой усилили моторными катерами и эсминцем.

Возвращающиеся с моря корабли четко выполняли правила кораблевождения в районе Севастополя и следовали точно по фарватеру. Головным шел эсминец “Живучий”, который выходил в море несколько часов назад вместе со второй маневренной группой для усиления охранения первой , за ним шел крейсер “Кагул”. Неожиданно эсминец взорвался на южной части заграждения, ближе к берегу, в районе Херсонесского монастыря. Крейсер избежал гибели чисто случайно, слегка отвернув влево. “Живучий” сразу сломался пополам и затонул, погибло 48 человек. Вызванные тральщики сняли 8 мин, на которых по-болгарски было написано “Воскресение Христово” с намеком на пасхальные яйца . Такое кощунство вызвало довольно большое возмущение в широких кругах населения, причем не только в России.

Эта постановка дает следующую “информацию для размышления”: выставлено 12 мин, одна сработала, тщательное траление (то, что оно было тщательное, можно не сомневаться) выявило еще только 8 мин, хотя работы начались через несколько часов после постановки заграждения. Значит 3 мины не встали на боевой взвод, а остались на грунте. На обратной дороге UC 15 у Херсонеса остановила 2 небольших парусника и потопила их подрывными патронами, 27 апреля она вернулась в базу.

Весной 1916 года UC 15 ставила мины у Трапезунда и Ризе для прикрытия их с моря от обстрелов кораблей. После занятия Трапезунда там при контрольном тралении сняты три мины. У Ризе 9 июля погибло госпитальное судно “Вперед”, но точно не установлено — на мине UC 15 или от торпеды U 38.

Мины — оружие специфическое

Черноморское побережье тщательно протралили в 1921-1928 годах, а после этого единичные мины выбрасывало на берег у Евпатории, у мыса Феолент и в Каркинитском заливе еще пару-тройку лет. Например, последним пароходом, погибшим на мине периода Второй Мировой войны, считается “Marmora”, подорвавшийся в январе 1960 года в Северном море у острова Боркум.

UC 15

UC 15 поставила так же мины 27 мая у Одессы. Потери от этих мин были: 8 июня у Григорьевки подорвался парусник, причем на фарватере, что опять говорит о тщательной предварительной разведке, 12 июня – баржа и 15 июня – пароход “Меркурий”, к сожалению с очень большими человеческими жертвами. Из 450 человек спасено 178. Только 16 – 17 июня бросились проводить тральные работы и сняли оставшиеся мины.

Операции немецких лодок на Черном море затруднялись тем, что они при интенсивной эксплуатации требовали довольно частого ремонта, а его можно было выполнить только в Константинополе. Там на территории морского арсенала создали ремонтную базу с немецким персоналом. После постановки мин у Одессы UC 15 направилась в Константинополь на длительный ремонт, в частности требовалась замена фундамента дизеля. Работы длились до конца октября. 6 ноября субмарина вышла из ремонта и отправилась в Варну, но её срочно вернули назад. В этот день из базы выходила на патруль к Севастополю UB 45, она шла в прикрытии тральщиков точно по фарватеру и взорвалась, как говорится, “к полному изумлению публики”.

Интересно, что в 1936 году болгарский военно-морской флот провел спасательные работы и поднял лодку. Погибшие подводники похоронены в Варне, где им был установлен памятник, в то время это был единственный в мире памятник немецким подводникам.
13 ноября UC 15 пошла в свою последнюю операцию на постановку мин у Сулинского гирла реки Дуная. Обратно она не вернулась.

UC 15 выполнила свою задачу, так как 20 ноября русские тральщики сняли там несколько мин именно лодочного образца, а 4 августа 1918 года австрийские тральщики вытралили еще две мины этой лодки. Одно время считалось, что субмарина погибла на своих минах, возможно это и так, существует неподтвержденная информация о гибели лодки от атаки русских моторных катеров, которые в то время и в том месте бомбили лодку, попавшую в противолодочную сеть. Сейчас считается, что UC 15 погибла по неустановленной причине после 15 ноября 1916 года на трассе Супина – Варна.

Смена в июле 1916 года командующего русским Черноморским флотом повлекла за собой серьезные успехи в противолодочной борьбе.

В октябре-декабре 1916 года на минах и от других причин погибли UB 7, UB 45. UB 46, UC 15. После понесенных потерь немецкое морское командование вынуждено было запретить пользование этой базой и лодки ушли в Константинополь. Выход оттуда чреват был большим риском. Туркам почти невозможно было вести тральные работы даже в сентябре 1916 года тралов не было, и таскали стальной трос двумя кораблями. Всего за 1916 год немецкие лодки совершили 42 боевых выхода и свернули операции до мая 1917 года. На данном театре военных действий осталась одна болгарская субмарина “Номер 18”, но ничего серьезного она сделать не смогла.

Оцените статью
Исторический документ
Добавить комментарий