Разведка боем прошла удачно

Разведка боем прошла удачно

В октябре 1941 года напряжение боевых действий переместилось с правого крыла Ленинградского фронта на левое, в район Невской Дубровки, где готовилась операция по прорыву вражеской блокады.

В течение короткого времени, ночью, соблюдая меры предосторожности н полную светомаскировку, моряки- балтийцы переправили из Ораниенбаума в Ленинград одну за другой дивизии 8-й армии. На плацдарме осталась сравнительно небольшая часть войск. Из нее образовали Приморскую оперативную группу (ПОГ). Штаб дислоцировался в Большой Ижоре, там же располагался и созданный несколько позже политотдел.

Оперативную группу возглавил генерал А. Н. Астанин, опытный военачальник, хорошо показавший себя при обороне Лужского рубежа, затем в боях у Невской Дубровки. Начальником штаба назначили полковника Д. М. Большакова, начальником политотдела стал автор этих строк. В декабре 1942 года меня утвердили заместителем командующего ПОГ по политической части, а начальником политотдела стал полковник Г. Т. Земляков.

В ПОГ первоначально входили: 48-я имени М. И. Калинина стрелковая дивизия; 2-я и 5-я бригады морской пехоты, получившие в 1942 году другие номера — 48-й и 71-й бригад; 3-й полк морской пехоты, ставший в том же году 50-й стрелковой бригадой; 519-й гаубичный артиллерийский полк, 287-й танковый батальон, 39-й, 108-й, 25-й зенитно-артиллерийские дивизионы и некоторые другие. В оперативном подчинении и тесном взаимодействии с войсками группы сражался Ижорский укрепленный сектор КБФ. В начале января 1942 года на плацдарм прибыла 168-я стрелковая дивизия.

По внешнему обводу плацдарма находились значительные силы 18-й армии противника общей численностью более 50 тысяч человек. Противостоящие им на-ши соединения и части были малочисленны, серьезно ослаблены предыдущими сражениями. Например, 48-я стрелковая дивизия, с боями прошедшая всю Прибалтику, имела меньше половины списочного состава. В ротах насчитывалось по 20—30 человек, каждая имела лишь один станковый и два ручных пулемета. При этом рота нередко занимала участок в полтора-два километра. Бойцы непрерывно находились в окопах, спали не больше четырех-пяти часов в сутки. Резервами для их смены дивизия, оборонявшая 23-километровый рубеж, не располагала.

5-я бригада морской пехоты насчитывала всего 3710 человек. Два ее батальона — 1-й и 4-й — занимали участки по семь с половиной километров, 3-й батальон— пять с половиной. 2-й батальон числился в резерве, но сменить какой-либо другой, находившийся на передовой, не мог из-за своей малочисленности.

Все это показывает, как велика была, если можно так сказать, боевая нагрузка на каждого защитника плацдарма. Не следует сбрасывать со счета слабую обеспеченность вооружением, боеприпасами, продовольственные трудности, нехватку обуви, обмундирования. Недоставало машин, горючего. Грузы, как правило, переносились вручную. Затруднения с перевозками усугублялись еще тем, что железнодорожный парк уничтожили вражеская артиллерия и авиация.

Казалось, в подобных условиях не могло быть и речи об активных действиях. Где тут наступать, лишь бы удержать рубежи! Между тем с самого начала существования плацдарма его оборона была активной. Она, как и вся оборона под Ленинградом, отличалась исключительным упорством в удержании занимаемых позиций, смелыми вылазками, решительностью и инициативой защитников рубежей. Благодаря этому достигалась ее устойчивость, появлялась возможность быстро и скрытно сосредоточивать силы и средства на нужном направлении. То на одном, то на другом участке оборонявшиеся предпринимали контратаки.

Разведка боем прошла удачно

Именно на такие действия нацеливали личный состав командование и политорганы Приморской оперативной группы. Партийные и комсомольские организации делали все, чтобы повысить боевую активность частей и подразделений.

Политработники принимали непосредственное участие в подготовке и проведении разведывательных и поисковых операций. Только в первой половине 1943 года войска ПОГ провели 233 разведки боем и устроили свыше полутора тысяч засад. За шесть месяцев разведчики уничтожили не одну сотню гитлеровцев, многих взяли в плен. Вражеские солдаты, взятые в плен, показывали, что они постоянно жили в беспокойстве и тревоге — ночью в их траншеях бесшумно появлялись советские разведчики.

Опыт наиболее подготовленных воинов, подразделений, частей изучался командирами и политработниками с целью его широкого распространения. В частности, достоянием всех подразделений стал опыт разведки боем, проведенной 5-й бригадой морской пехоты 30 января 1942 года в районе Керново— Верхние Лужки. Перед бригадой поставили задачу определить глубину тактической зоны обороны противника, захватить «контрольных» пленных. Разведка боем прошла удачно. Противнику нанесли значительный урон в живой силе и технике, разрушили 19 блиндажей, 17 дзотов, уничтожили 18 пулеметных точек, захватили 9 ротных минометов, убили и ранили 270 фашистов, двух взяли в плен.

Политработники хорошо проявили себя на всех эта-пах этой вылазки. Накануне начальник политотдела бригады старший батальонный комиссар К. П. Баутин провел семинар с военкомами батальонов и секретарями партбюро. Каждый из его участников рассказал, как он намерен организовать партийно-политическое обеспечение разведки боем. В подразделениях состоялись партийные и комсомольские собрания с повесткой дня «Об авангардной роли коммунистов и комсомольцев в бою». На партсобрании во второй роте 3-го батальона коммунисты Серга, Батран и Подать заявили, что будут беспощадно бить фашистских гадов, не жалея своей жизни.

Военком 2-го батальона батальонный комиссар М. Н. Колосов провел беседу с личным составом разведывательного взвода, рассказал воинам о важности поставленной перед ними задачи, помог правильно рас-ставить коммунистов и комсомольцев, определить место каждого в предстоящем бою. В 3-м батальоне по заданию военкома батальонного комиссара А. П. Васильева политработники проверили знание личным со-ставом задачи, готовность оружия к действию.

Перед выходом на исходный рубеж состоялись короткие митинги, которые способствовали поднятию наступательного духа воинов. Об этом свидетельствовал Фот факт, что многие бойцы и командиры тут же, на митингах, заявили о своем желании идти в бой коммунистами и комсомольцами. В первой роте 3-го батальона 11 человек написали заявления с просьбой принять их кандидатами в члены ВКП(б), в третьей роте —12. Среди подавших заявления были командир роты лейтенант Курачев, командир взвода Трифонов, командир отделения Дагенков.

Краснофлотцы 3-го батальона Григорьев, Рыбаков, Ермаков, освобожденные врачом на несколько дней от несения службы, узнав, что их рота должна участвовать в разведке боем, обратились к командиру с просьбой разрешить им идти вместе со всеми. Оставляли в тылу и младшего сержанта Водко, — он накануне возвратился из госпиталя, где находился после ранения. Но и он пошел со своим взводом, сражался с врагом мужественно, отважно. Это были достойные подражания примеры.

Политработа не прекращалась и в ходе боя, изменились лишь ее формы. Политруки, коммунисты, агитаторы воздействовали на сослуживцев не только призывным словом, но п личным примером. Политрук разведвзвода 2-го батальона Савельев, возглавивший группу бойцов, невзирая на сильный огонь противника, первым достиг вражеского окопа. Руководимые им бойцы подавили три фашистские огневые точки и взяли двух гитлеровцев в плен.

Краснофлотец Трифонов, командир группы захвата из того же разведвзвода, вместе с товарищами прорвался на позиции противника, забросал гранатами пять блиндажей с находившимися там фашистами. Его ранило, но он продолжал командовать морскими пехотинцами. Когда задание было выполнено, он умело, без потерь вывел группу из боя. Трифонов — один из тех, кто накануне вылазки подал заявление о приеме в Коммунистическую партию.

Оцените статью
Исторический документ
Добавить комментарий