Взятие Богуслава

Взятие Богуслава

Наш передний край проходил от северной окраины Богуслава через Николаевку, Сидоровку, Скрипченцы и Шендеровку до села Туркенцы. Перед фронтом укрепрайона, имевшим общую протяженность до 40 км, не было постоянных частой противника. Зато то и дело появлялись все новые сводные полки и батальоны, наспех сформированные из остатков потрепанных фашистских дивизий. И каждый из них предпринимал попытку прорвать нашу оборону. Даже сменяли мы стрелковые части под огнем врага, отразив при этом несколько его атак.

Так батальоны укрепрайона вступили в бой.

Уже 30 января небольшие подразделения 20-го артпульбата просочились в деревню Дыбницу и заняли ее, отбросив противника па противоположный берег реки Рось. В ту же ночь фашисты дважды пытались вновь овладеть этой деревней, но их атаки были отбиты.

Успех в Дыбнице несколько улучшил условия для выполнения поставленной нам командованием задачи по освобождению Богу-слава, стариннейшего города, основанного еще во времена Киевской Руси, а теперь вот уже больше двух лет терзаемого захватчиками.

С первых же дней пребывания на правобережье Днепра перед нами вновь, как и под Сталинградом, предстали зловещие следы фашистских преступлений. Разоренные города и села, виселицы и рвы, переполненные трупами безжалостно умерщвленных женщин, детей, стариков. Под Белой Церковью, например, мы видели старую строительную площадку, которую оккупанты превратили в место массовых расстрелов населения.

Освобождение Дыбницы раскрыло перед нами еще одну мрачную картину чудовищных злодеяний захватчиков. От местных жителей мы узнали, в частности, о трагедии, разыгравшейся несколько дней назад в Топтиевке. В этой деревне, расположенной невдалеке от Богуслава, фашисты сожгли дома, отобрали имущество у населения, надругались над женщинами на глазах у их близких. Остервенев от собственных зверств, они облили горючей смесью 17-летнюю девушку и сожгли ее вместе с раненым военнопленным.

Злодеяния гитлеровцев во временно оккупированных украинских городах и селах вызывали жгучую ненависть к врагу. Личный состав укрепрайона рвался в бой, чтобы отомстить фашистам за их бесчеловечные преступления, очистить советскую землю от захватчиков. Легко понять, с каким воодушевлением встретили наши воины приказ о наступлении на Богуслав.

Обстановка благоприятствовала его освобождению. Непосредственно вблизи города, к югу от него проходили боевые рубежи 20-го батальона, несколько правее — 361-го. С севера к Богуславу приближался 496-й артпульбат, действовавший некоторое время вместе с 54-м укрепленным районом и теперь вновь вошедший в состав 159-го.

Взятие Богуслава

Главный удар наносил 20-й батальон. Его задача состояла в том, чтобы внезапным штурмом овладеть южной частью города, затем форсировать реку Рось и завершить полное освобождение Богуслава. Поддерживать наступление было приказано 361-му и 496-му батальонам. О содействии освобождению города договорились и с командованием приближавшегося со стороны Днепра 54-го укрепрайона.

Готовясь к наступлению, командиры батальонов действовали увереннее, чем когда-либо раньше: у нас был драгоценный опыт боев под Сталинградом. Все, чему мы там научились, как нельзя лучше пригодилось и здесь. Выделенные для атаки роты были временно преобразованы в стрелковые. Каждый взвод представлял собой, в сущности, штурмовую группу, только несколько большей численности. Впрочем, общее количество атакующих и па этот раз было невелико, ибо поставленная им боевая задача предусматривала освобождение города «не числом, а уменьем».

Этому учил опыт многих победоносных сражений, проведенных за последний год Советской Армией. Ведь и здесь, на Правобережной Украине советские войска наносили по врагу мощные удары, превосходя его к началу 1944 г. лишь по численности войск, боевых самолетов, орудий и минометов, но несколько уступая ему в количестве танков и самоходных артиллерийских установок. Причем существовали еще и естественные преграды наступательным действиям наших соединений — крупные реки. В целом, таким образом, Советская Армия громила врага не только вследствие изменившегося в ее пользу соотношения сил и средств, по и благодаря своему возросшему военному искусству.

Решительность и внезапность наступательных операций, выбор наилучшего направления главного удара, умелый маневр силами и средствами — все это, осуществлявшееся Советской Армией в грандиозных масштабах, находило отражение в действиях всех се соединений, частей п подразделений на отдельных участках.

Так стремились действовать и командиры батальонов укреп-района. Особенно ярким примером тому был командир 20-го батальона майор С. К. Щербаков. Ветеран гражданской войны, он умело сочетал ее опыт с современными методами ведения боя. Это было особенно важно теперь, когда окончательно определилось, что задача половых укрепрайонов — активно участвовать в окончательном очищении от врага захваченной им территории, а следовательно и в наступательных действиях по освобождению городов и сел.

Да, лихая атака времен гражданской войны ожила вновь во всеоружии новейшей военной техники. И подлинным мастером ее организации и ведения был у нас Степан Константинович Щербаков.

Ровно в 12 часов 1 февраля, после внезапного артиллерийского и минометного налета па позиции противника, майор Щербаков повел в атаку роты первого эшелона. Они стремительно ворвались в южную часть города и завязали уличные бои с отчаянно сопротивлявшимся вражеским гарнизоном.

Советские воины сражались самоотверженно, геройски. В самом начале штурма раненого командира 2-й роты заменил парторг батальона Ахачиров. Почти тотчас же и он был ранен, но продолжал руководить боем до полного овладения южной частью города.

Тем временем к берегу Роси прорвалась группа комсомольцев во главе с комсоргом роты. Под ураганным пулеметным и минометным огнем противника она первой форсировала реку. Овладев несколькими улицами на правом берегу, воины-комсомольцы свыше суток вели неравный бой с превосходящими силами врага и все же удержали этот важный плацдарм до подхода наших частей. Отважно действовали и комсомольцы из взвода Ляпушкина. Их командир был дважды ранен, но не ушел с поля боя.

Блестяще решил трудную задачу коммунист И. С. Овчинников. Над 3-й ротой, которой он командовал, в ходе боя нависла угроза окружения. Еще была возможность отступить, но тогда осталась бы невыполненной поставленная роте задача. Да и отход под сильным огнем противника нанес бы ей значительный урон. Овчинников принял единственно правильное решение: оп повел взводы в рукопашный бой с врагом, преграждавшим им путь, уничтожив в ожесточенной схватке свыше ста фашистов, рота вышла из полу окружения и выполнила свою задачу.

Почти двое суток непрерывно вел 20-й батальон уличные бои. 361-й и 496-й выделили ему в помощь по одной роте, а остальными силами овладели населенными пунктами Чайки, Михайловка, а также освободили уже упоминавшуюся Топтиевку.

3 февраля Богуслав был окончательно очищен от врага. Тогда же 404-й пулеметно-артиллерийский батальон 54-го укрепленного района занял железнодорожную станцию Богуслав. Противник начал поспешный отход, прикрываясь арьергардами из пулеметчиков и автоматчиков, усиленными полевой артиллерией   .

Оцените статью
Исторический документ
Добавить комментарий