Последний день войны — первый день мира

последний день
1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (3 оценок, среднее: 5,00 из 5)
Загрузка...

Многие гитлеровцы, понимая безвыходность своего положения, бросали оружие и сдавались в плен. Вспоминается мне, что сотнями мы тогда разоружали их и отправляли на сборные пункты для военнопленных. Но были и такие, которые не желали складывать оружие, упорно и настойчиво атаковали наши части.

…Алексей Вихорев внимательно всматривался в даль дороги. Ожидали, когда же, наконец, покажется новая колонна немцев. Не отступала навязчивая мысль: «Окажут ли они сопротивление?

Ведь кончилась же война. В Берлине подписана капитуляция. Почему не выполняют ее условия? Зачем лезут на рожон?»—эти мысли не давали покоя. Несмотря на радость победы, Алексей весь этот день ощущал какое-то подспудное чувство тревоги.

Тяжело переживал он гибель лучшего своего пулеметчика Василия Резникова. Вспоминал, каким радостным блеском светились его глаза, когда узнал он о долгожданной победе…

А потом этот внезапный вечерний бой. Все думали тогда, что немцы подойдут ближе и начнут складывать оружие. Никто не подозревал о их подлых намерениях. Но когда подошли, фашисты внезапно, с ходу, развернулись и открыли огонь, расчищая себе путь вперед. Тогда-то и был убит Василий Резников.

Василий. Как он нежно и трогательно любил свою мать. С каким нетерпением ожидал окончания войны и встречи с нею…

Первой жертвой войны всегда оказывается мать… А где сейчас его, Алексея, мать? О чем думает она в эти минуты? Заждалась она Алексея. Один он ведь у нее. Когда уходил на фронт, уверял, что скоро окончится война и он вернется домой, он ведь храбрый…

— Храбрых тоже убивают,— тихо, как бы про себя, сказала она.

последний день

Образ матери стоял перед его глазами весь этот сегодняшний день. Увидеть бы ее живую, хотя на одну  единственную минуту… Еще утром он был уверен, что скоро, теперь уж очень скоро это сбудется. Но то, что произошло 4 часа назад, поколебало его уверенность. Война окончилась, но еще гремят пушки, идут бои, гибнут люди. Нет! Это же несправедливо. Ведь так долго и мучительно ожидали этого дня. Должна же быть награда человеку за все то, что пережил он на этой земле!..

— Товарищ лейтенант! Слышите, какой-то шум на дороге,— прервал его мысли Анатолий Куценко.

Алексей мгновенно как бы стряхнул с себя сон, скомандовал:

— Усилить наблюдение, приготовиться к бою!— И тут же почувствовал сильное напряжение мышц в теле.

Из окопа ему хорошо было видно, как вспыхивали ледяные глазки подсиненных подфарников машин. Сплошным пунктиром обозначали они возникавшую из глубины мрака дорогу. Подфарники то пропадали, и тогда казалось, дорога обрывалась, то появлялись вновь, и тогда она опять стояла перед глазами, где ее прикрывала ночная темнота. Ближе и ближе слышался шум моторов. Значит, увеличили скорость, надеются проскочить с ходу. Но уж нет! Не ходите по-хорошему, по закону капитуляции, то получайте, гады.!

И когда колонна подошла уже совсем близко, скомандовал: — По фашистам—огонь!

Внезапно и густо захлопали выстрелы, разрывая ночную тишину. Только на мгновение на дороге произошло какое-то замешательство. А потом послышались крики, стон, команды. Фашисты развернулись для боя… Не прошло и 10 минут, как заработала наша артиллерия.

Алексей почему-то нервничал. Ему мешали его собственные руки, он не знал, куда их деть. Опять резкий свист, вспышка, взрыв, грохот. Перелет.

И вдруг властный, требовательный голос:

— Лейтенант Вихорев! Почему не выводите роту из под обстрела? В атаку, вперед!—Это был голос капитана В. Дроздова. Заместитель командира батальона по политической части как бы вырос перед ним внезапно, из под земли. Алексей сразу очнулся, пришел в себя.

— Рота вперед, в атаку!—подал он громкую команду и первым ринулся в ночную темноту.

Интуитивно почувствовал, что рота поднялась и идет за ним, слышал громкое, протяжное «ура-а-а!» Видел рядом с собой своего связного Анатолия Куценко, автоматчиков В. Горбенко и В. Затылкина, бегущего впереди младшего лейтенанта С. Яншитова.

«Куда он бежит? Зачем торопится?»,— пронеслось в его мыслях. Хотел окликнуть его, но не успел… Сильный удар в левое плечо — и как будто раскаленным железом обожгло грудь. Потемнело в глазах. Остановился, качнулся в одну, затем в другую сторону и упал, уже ничего не чувствуя. Только на одно мгновение пришел в себя, открыл глаза и тихо, чуть слышно прошептал «мама» и тут же потерял сознание.

Почти всю эту ночь рота лейтенанта А. Вихорева дралась с фашистами. И только где-то уже под утро утихла стрельба. Десантники целыми группами собирали гитлеровских солдат и офицеров и разоружали их. А вдоль дороги и по ее обочине дымились, догорая, немецкие бронетранспортеры и машины.

Всю эту ночь мне пришлось быть в этом батальоне и принимать участие в бою. Перед уходом на КП полка решил поговорить с капитаном В. Дроздовым. Он сидел, низко склонив голову над смертельно раненным Вихоревым. Я подошел ближе, окликнул. Он взглянул в мою сторону, и я увидел на его глазах слезы.

— Это я виноват в смерти Алексея. Ведь он совсем еще мальчишка. Зачем я приказывал поднимать роту?

Я тогда, как мог, пытался успокоить его. Помню, что по привычке сказал: «Ничего не поделаешь, война». И тут он взорвался. Лицо побледнело, глаза сверкнули жестокостью:

— Так война же кончилась, вчера еще…— И он чисто по-мужски выругался, махнул рукой и ушел.

Да! Война кончилась. А в полку только в одном этом бою было 7 убитых. Таким образом, шли самые настоящие и упорные бои, выходили из строя люди, были убитые и раненые. И это особенно обидно потому, что уже окончилась война и на земле настал первый день мира.

Не пропустите новые материалы. Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен.
Подписаться

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *