Переправа через Южный Буг

переправа через
1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (1 оценок, среднее: 5,00 из 5)
Загрузка...

Все реки были как реки, а Южный Буг оказался капризным, с норовом. Его повадки Панкову пришлось изучать в самое неподходящее время, когда армия шла в наступление и была дорога каждая минута.

Было это в апреле 1944 года. Форсирование Южного Буга провели удачно. Мощный артиллерийский удар парализовал переднюю линию обороны противника. Войска Чуйкова на всех плавсредствах — лодках, плотах, а потом и по мосту — пересекли Буг и устремились в 3аречье. Но что за наступление без поддержки тяжелой артиллерии? И когда к переправе подошла артиллерийская дивизия, Панков, бывший тогда уже в чине подполковника, получил короткий приказ командарма: «Собрать паром и переправить. Чуйков».

Первым делом Панков уточнил сроки. На его запрос из штаба армии пришел столь же лаконичный ответ: три дня. Не так уже много, но и не мало. Бывало, время поджимало и покруче.

На переправе 3акипела работа.

Вначале Панкова не очень волновало то обстоятельство, что 122 орудия да столько же многотонных тракторов С-80 и НД-7 ему предстоит переправлять с помощью некомплектного понтонного парка. Не хватало шарниров для крепления понтонных стыков, еще кое-чего по мелочам. В результате грузоподъемность моста упала до восьми тонн. А сколько весят трактор с пушкой? Двенадцать плюс восемь. Двадцать тонн. Несложная арифметика… Нет, мост не годится. К тому же в приказе командующего ясно сказано: «Собрать парою».

С паромом возни больше, но ничего не поделаешь. На огромные корыта поптонов саперы клали прогоны, болтами накрепко соединяли их с краями. На прогоны легли настилы. Потом несколько таких понтонов соединили вместе и связку прицепили к катеру. Мощный 70-тонный паром был готов.

Одновременно специальная команда готовила пристани: забивали сваи, делали прочные настилы. По всем правилам инженерного искусства. Но у Южного Буга были свои правила. Несколько раз в сутки во время морских приливов вода в реке высоко поднималась, а потом уходила. Черное море то поило ее досыта соленой водой так, что уровень реки поднимался на два метра, то само жадно сосало желтоватую, мутную воду Буга, и тот мелел. Павконский катер с паромом не мог подойти к пристани, которая то оказывалась высоко на берегу, то скрывалась глубоко под водой.

Прошли сутки, а на правом берегу коварного Буга стояло всего 12 гаубиц. Значит, завтра там будет 24 орудия, послезавтра — 36. А это — срыв наступления. Артиллерийская дивизия, застрявшая где-то на переправе, в тылах армии,- лучшей передышки немцам не придумаешь!

переправа чере

До рассвета Михаил Андреевич не сомкнул глаз. Думал, думал… Многолетняя практика, инженерный, наконец, военный опыт подсказывали ему, что выход из создавшегося положения есть. Но где? В чем?

Ясно одно: паром не годится. Мост? Но даже восьми тонный американский трактор, не говоря уж о С-80, может пустить его на дно. Достаточно одному из корыт хлебнуть воды — и катастрофа неизбежна. К тому же командир понтонного батальона майор Козлов, раздражительный, с красными от бессонницы глазами, категорически высказался против понтона.

Понтон, понтон… Палочка-выручалочка. Внезапно пришла простая мысль: ведь немцы через реки тоже не святым духом переправляются! А вдруг где-нибудь рядом, на берегу, том или этом,— немецкие понтоны?

Пять разведчиков во главе с Козловым отправились на поиски. Уже через час разительно изменившийся майор весело докладывал:

— Вы как в воду глядели, товарищ гвардии подполковник! Все к чертовой бабушке побросали фрицы— прогоны, струбцины… Даже настилы есть — новехонькие, целехонькие!

Ранним утром, когда Буг стал пухнуть от морской воды, Панков приказал наводить мост. Он то отлично понимал, что не прогоны, не настилы и не что другое, а именно струбцины спасли все дело. Если понтон на шарнирах, то нагрузка по мере движения трактора или орудия падает на каждое звено в отдельности. При соединении струбцинами работают сразу несколько звеньев, и грузоподъемность моста резко возрастает.

Стараясь унять волнение, Панков тихо отдал приказ пустить первый трактор. За ним на 15-метровой цепи шло орудие. Нагрузку рассредоточили так, чтобы под трактором работали одни звенья, а под гаубицей- другие. Вот, мирно попыхивая дымком, трактор въехал на понтон. Все глубже и глубже оседают корыта. Страшная тяжесть вдавливает их в воду. А она, вода, густая, фиолетово-черная, как морская пучина, жадно лижет железные бока корыт, вот-вот захлестнет их и торжествующе ринется в широкие ржавые пасти.

Пятое и шестое корыто. В десяти сантиметрах над водой их борта. В пяти … В двух … Остался сантиметр. Последним усилием воли Панков сдержал готовый вырваться стон отчаяния. Трактор прошел. Прошло орудие… Двадцать тонн в сантиметре от воды. Над Южным Бугом пронеслось ликующее солдатское «ура!»

Когда Панков докладывал начальнику инженерных войск 3-го Украинского фронта генерал-полковнику Котляру о ходе переправы, на правом берегу уже стояли все легкие тракторы и орудия. С-80, чтобы не рисковать, решили переправлять на 70-тонном пароме сразу по пять штук.

Переправа была закончена на сутки раньше срока, и артиллеристы, с ходу заняв боевые позиции, нанесли по обороне фашистов сокрушающий удар.

Спустя несколько дней Василий Иванович Чуйков лично прикрепил к гимнастерке подполковника Панкова орден Красного Знамени.

В июне 1944 года 8-ю гвардейскую армию перебросили на 1-й Белорусский фронт, под Ковель. После месяца упорных боев чуйковцы подошли к Висле, и Панков по приказу командарма начал подготовку к ее форсированию. Это и была та самая, девятая по счету, переправа, за которую он был удостоен звания Героя Советского Союза .

Не пропустите новые материалы. Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен.
Подписаться

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *