Воспоминания защитника каменоломен Аджимушкая

Солдаты в аджимушкае

Защитники Аджимушкая героически сражались, большинство из них навечно осталось в Крымской земле. Их воспоминания были по крупицам собраны из личных дневников.

Воспоминая И. А. Шапошникова

«15 мая 1942 года на наши позиции фашисты обрушили шквальный огонь… Благо за ночь нас обеспечили ротным минометом, ручным пулеметом, гранатами. Весь день наши части отбивали атаки, враг смог только завладеть крайними домиками в поселке. Это был один из тяжелейших дней обороны, много положили немцев, но много погибло наших… Я получил два ранения и контузию, боеприпасы были израсходованы… 16 и 17 мая велась перестрелка, а 18 мая фашисты перешли в наступление при поддержке танков, оттеснили нас к каменоломням на северо-восточной окраине села»

Воспоминая И. Т. Талимончука

«15 мая 1942 года группа фашистов при поддержке 12 танков решила прорваться на территорию завода имени Войкова. У нас, разведчиков отряда, сформированного на родине Н. Островского в Шепетовке,— земляков Павла Корчагина — на вооружении в то время было два ручных пулемета, противотанковое ружье, восемь автоматов, 11 карабинов, гранаты и бутылки с горючей жидкостью.

Дали себе клятву — стоять насмерть. Пропустили танки, отрезали и уничтожили немецкую пехоту, потом подбили три танка. Но фашисты на этом не успокоились, тут же через два часа возобновили атаку, которую мы также отбили.

16 мая две роты фашистов при поддержке танков овладели поселком Аджимушкай. Мы предприняли контратаку, но неудачно, ведь у нас не было артиллерии, а к единственной зенитной пушке не было боеприпасов. Мы несли потери. Раненых забрали с собой и на барже отправили их на Кубань. Продолжались тяжелые бои в районе поселка Колонка.

Корчагинцы присоединились к отряду, которым командовал полковник П. М. Ягунов. В каменоломни они спустились с 45-миллиметровыми пушками, с лошадьми. В 77-й дивизии был трактор, принадлежавший 339-му зенитному артполку.

Трактор потом крутил динамомашину и помогал освещать штольни. Кроме воинов здесь находилось много гражданского населения, прятавшегося от боевых действий, а на самом деле оказавшегося в гуще войны… Сотни раненых в госпиталях. Под стенкой штольни с перевязанной головой лежал Петр Якимов, мой земляк из Шепетовки.

Петр волновался, проговорил, еле шевеля опаленными от температуры губами: «Кто здесь и; наших?» Услышал в ответ, что в штольне 15 корчагинцев. Он знал, что в эскадроне разведки было 106 человек, и понял, что многие погибли в боях за поселок, но шепнул: «Значит, мы и здесь повоюем…»

Воспоминая Н. В. Ромащенко

«Я находился в резерве Крымфронта, который размещался в каменоломнях. Уже 14 мая нас вывели на окраину Керчи и западнее села Аджимушкай. Нашим батальоном командовал капитан В. М. Левицкий. Нужно было задержать врага, дать нашим войскам переправиться через пролив. Сами понимали, что нам вряд ли удастся переправиться на таманский берег. С боями мы отошли к заводу имени Войкова».

Воспоминания А. И. Лодыгина

«Мобилизовали все оружие, которое мы имели в каменоломнях. Атака началась рано утром, в наступление пошло несколько тысяч человек. Сначала у нас был некоторый успех: удалось уничтожить несколько огневых точек противника и продвинуться вперед. Но дальше нас задержал массированный огонь гитлеровцев. Пришлось отойти обратно в каменоломни».

Жизнь подтверждала правоту решения Ягунова в ту памятную ночь 21 мая — в данный момент прорыв невозможен. Предстояла долгая осада каменоломен — этой необычной подземной крепости.

Впрочем, крепостью катакомбы можно назвать лишь условно. Каменоломни совершенно непригодны для ведения боевых действий. И уж подавно не приспособлены для длительной осадной борьбы. Здесь нет надежного источника воды: ее запас на исходе, а колодцы находятся снаружи, то есть на территории, занятой гитлеровцами Мало запасов продовольствия.

Нет связи — ни с Большой землей, ни между Центральными и Малыми каменоломнями.

Нет помещений для нормальной жизнедеятельности бойцов — кругом холодные камни, сырость и мрак, от которого не спасает свет редких ламп и самодельных коптилок.

Мало боеприпасов, мало оружия. Все это надо захватить у противника. Но было у аджимушкайцев главное оружие — несгибаемый боевой дух защитников Советской Родины, большевистская непреклонная воля к победе. Они-то и смогли сделать катакомбы неприступным укреплением.

Из дневника Клабукова

«6.7.42. 12.00. Паразиты, подошли к щели и, как жалкие презренные трусы, сначала бросили гранату, а за ней вслед листовки. В них — бессмысленный стандарт.

Знаем хорошо, сколько вас, гадов, полегло под Севастополем, не белый флаг выбрасывали наши товарищи, а отошли, оставив Севастополь, потому что от ваших вшивых трупов — зловоние, им дышать было нечем… Тоже дураков нашли, я хоть и не коммунист, но на удочку не пойду, мне памятны Крым и Керчь, я видел варварские издевательства над русскими, грузинами… Вот ваша гарантия жизни и хорошего обращения… Хватит о вас говорить, бумага дороже стоит…»

Воспоминания Н. В. Шаматова

«На 3 месяц обороны мы походили на обтянутые кожей скелеты, передвигались медленно, через каждые три-четыре шага присаживались отдыхать, легче было переползать. Но с этим мирились… Страшнее было то, что почти не оставалось сил выполнять самое необходимое — невероятных усилий требовалось перезарядить винтовку, нажать на спусковой крючок, а после выстрела и отдачи в плечо теряли сознание…

м

Живыми оставались те, кто был молод и здоров, раненые, как правило, умирали, держался тот, кто мог есть все… Кожу ремней и портупеи все съели… Выходы на поверхность почти прекратились».

Воспоминания Т. П. Гринева

«Будучи старшим лейтенантом, я воевал в составе подземного гарнизона Центральных Аджимушкайских каменоломен. Вопрос об организации подполья в Керчи возник у нашего командования в самом начале обороны.

Первым в город был послан работник штаба Никифоров, которому удалось легализоваться и поступить на работу. Меня готовили к выходу около двух месяцев. Выбор пал на меня потому, что меня знал военком подземного гарнизона И. П. Парахин и к тому же я раньше работал в Керчи.

Я выбрался из каменоломен в середине июля, благополучно добрался до города и там встретился в условленном месте с Никифоровым.  Но, к сожалению, работать с ним не пришлось, так как Никифоров был арестован по доносу предателя.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *