Три атаки

атака вов
1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (1 оценок, среднее: 5,00 из 5)
Загрузка...

Снявшись с позиций днем 26 октября, корпус к вечеру следующего дня прибыл в указанный район. Позиции развернули вдоль берега Ингульца. И в тот же вечер из штаба армии поступил боевой приказ: 28 октября перейти в решительное наступление; включив в состав корпуса 13-ю и 73-ю гвардейские дивизии, оказать помощь 1-му механизированному корпусу и во взаимодействии с ним освободить Кировоград.

Вплоть до нового года по указанию руководства фронтом такие наступления предпринимались три раза. Однако они не принесли ощутимых результатов.

Наступление, назначенное на 28 октября, сорвалось. Противник выставил против нас танковую дивизию СС «Великая Германия» и 306-ю пехотную дивизию. Это были полностью укомплектованные, только что прибывшие на фронт соединения. 28 октября после интенсивной бомбардировки наших рядов они сами перешли в наступление.

Второе наше наступление было предпринято 14 ноября. На этот раз мы действовали совместно с механизированным корпусом генерала Соломатина.

Я был много наслышан об этом генерале, но лично встречаться с ним не доводилось. В боях за Красноград его части крепко помогли нам, но сразу после освобождения города мехкорпус, преследуя врага, ушел вперед, и я не смог повидаться с его командиром.

И в следующий раз, когда мы, находясь уже в другом районе, помогали бригадам мехкорпуса выходить из окружения, я не смог встретиться с Соломатиным, хотя и имел категорическое указание командарма разыскать его. Генерал оказался в боевых рядах на своем танке.

13 ноября мы находились на командном пункте корпуса в селе Березоватое. Вдруг в избу вошел высокий с худощавым лицом генерал. Обращаясь ко мне, он спросил:

— Вы являетесь командиром двадцать пятого гвардейского корпуса?

— Я.

— Тогда будем знакомы. Генерал-лейтенант Соломатин, — он первым протянул руку,

Не успели мы обменяться рукопожатиями, как он, словно при встрече старых, добрых друзей, запросто сказал:

— Сил моих больше нет, давай корми скорей. Два дня уже глаз не смыкал, да сегодня вдобавок и крошки во рту не было.

Сидя за столом и энергично орудуя ложкой, он говорил:

— В тот раз под Верблюжкой вы ко времени поспели. Дела там у нас были аховые. А когда фрицы бросили авиацию и танки на вас, нам уж сам бог велел вырываться из окружения.

Генерал, добираясь к нам, сильно продрог. Я предложил ему поспать с часок-другой. Он с удовольствием согласился. Забрался на теплую печь, и едва коснулся головой свернутой шинели, заснул крепчайшим сном.

Однако поспать Соломатину вволю не довелось. Не прошло и часа, в штаб корпуса прибыл начальник штаба Второго Украинского фронта генерал-полковник Захаров и сразу потребовал командира мехкорпуса.

Совместно с механизированным корпусом генерала Соломатина мы воевали до 30 ноября. Освободили много населенных пунктов, овладели Вершино-Каменкой, подошли к Кировограду и, перерезав железную дорогу Кривой Рог — Кировоград, лишили гитлеровцев возможности маневрировать. 30 ноября мехкорпус был переброшен в Михайловское, в район Веселой Зорьки. Там он вместе с 35-м стрелковым корпусом пашей армии начал готовиться к новому наступлению.

Это наступление — третье по счету — началось 5 декабря. В этот раз в качестве ударной силы выступал 35-й стрелковый корпус. Перед нами была поставлена задача прикрыть его левое крыло и, постоянно тревожа противника, не пропустить его войска через нашу полосу.

Генерал-лейтенанта Горячева я знаю давно. Впервые мы встретились с ним в октябре 1941 года у города Калинина. Это было время, когда наши войска отбивали атаки противника, рвущегося к Москве с севера. Во второй раз военная судьба свела нас вместе в районе Бекетовки, под Сталинградом. Тогда наши соединения наносили контрудар по прорвавшемуся к Волге врагу. И вот третья встреча.

Я приехал в село Ново-Стародуб, где находился штаб Горячева. Переступая порог хаты, занимаемой комкором, увидел: генерал сидит за столом, обхватив ладонями безволосое сверкающее темя. Локти уперты в карту. Думает командир.

На стук двери он поднял голову. Сразу узнал и, с грохотом отодвинув табуретку, порывисто шагнул мне навстречу. Мы, два старых друга, крепко обнялись.

— Это ты хорошо сделал, что приехал, — сказал комкор. Потом в шутку добавил: — Когда молодые навещают стариков, на душе теплее становится.

После естественных взаимных расспросов «что да как» начался долгий деловой разговор. Мы подробно договорились, каким образом, какими силами помогать друг другу. Перед моим отъездом Горячев сказал:

— Как только помощь потребуется, позвоню. Пусть твои будут наготове.

В первый день наступления дивизии Горячева и 1-й механизированный корпус прорвали оборону врага и двинулись в сторону села Лазоватка. В следующие дни они, обойдя село Ново-Прага, освободили Ингул-Каменку, вышли к железной дороге. Однако на четвертый день гитлеровцы, организовав контрнаступление, начали обходить их сзади. 9 декабря мне позвонил генерал Горячев. Ему требовалась наша помощь. 10 декабря 25-й корпус вступил в операцию. Двинувшись навстречу противнику, части корпуса остановили его и не дали выйти в тылы 35-го стрелкового и 1-го механизированного корпусов. В районе соприкосновения и мы, и немцы заняли оборону.

атака вов

В первых двух наступательных операциях из трех перед нами была поставлена задача освободить Кировоград. Задача эта не была выполнена. В чем же причина? В нашей бездарности, в неравенстве сил, усталости войск? Разумеется, о бездарности не могло быть и речи. Это прекрасно понимали и командарм, и члены Военного Совета. Войска были измотаны, и в количестве танков мы значительно уступали врагу — вот в чем заключалась причина срыва намеченных операций. Не только мы, но и гитлеровцы считали кировоградское направление одним из важных, и поэтому они заблаговременно укрепили свои позиции, подтянули свежие силы. Нужно учесть и то, что противник не только яростно оборонялся, но и предпринимал весьма ощутимые контрудары. В результате всех этих обстоятельств и наш корпус, и армия в целом не смогли продвинуться далеко вперед, а лишь сумели несколько расширить плацдарм.

Военный совет армии полностью доверял командованию корпуса. Это доверие воодушевляло нас, позволяло даже в самых трудных условиях успешно выполнять поставленные перед нами задачи.

Не пропустите новые материалы. Подписывайтесь на нас в Яндекс.Дзен.
Подписаться

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *