Тем кто на передовой виднее, чем тем кто в штабе

танки и пехота

В июне ночи коротки. Не успеет на западе угаснуть небо, как на востоке опять разгорается заря. С рассветом дивизия снова приступила к выполнению поставленной перед ней задачи. Два наших полка на основном направлении прорвали вторую позицию вражеской обороны.

Теперь самое время вводить в бой полк Мамонова. Его батальоны уже приближаются к рубежу атаки. Задача Мамонова — в тесной связи с полком Костиницыyа на участке между двумя полками первого эшелона ударить по Замень-Реню и овладеть селом, затем дивизия во взаимодействии с частями 17-й дивизии должна развивать наступление в направлении Щедрина. Этот боевой приказ через офицеров связи был доведен до всех командиров полков.

В двенадцать ноль-ноль наша авиация начала бомбардировку районов Щедрина и Бобруйска. После сильного артиллерийского налета под прикрытием танков устремилась вперед и пехота. Атака развивалась стремительно. Полки Мамонова и Костиницыиа, прорвав оборону противника с юга и юго-запада, ворвались в Замень-Реня. В селе завязался упорнейший бой. Несмотря на то, что село уже было обойдено нашими частями с двух сторон, гитлеровцы никак не хотели уходить из него. Надеясь на сосредоточенную здесь артиллерию и резервные подразделения, они думали остановить две наши наступающие дивизии. Но вскоре, должно быть, поняли, что положение безнадежное.

В этом бою наши саперы как никогда умело, организованно помогали танкистам и артиллеристам.

Когда дивизия вышла на щедринское направление, дела у нас пошли еще лучше.

Дороги здесь были сравнительно неплохие, к тому же пересеченная местность, покрытая лесом, позволяла скрытно и более свободно маневрировать войскам.

К тому времени полк Мамонова ушел далеко вперед. Нам надо было догнать его. Неподалеку от дороги я заметил большой сарай. Возле него сидели и лежали раненые. Мелькали белые халаты врачей и медсестер.

Среди них были Маша Мищенко, Аня Габитова, Вера Ефименко, Катя Соловьева, Шура Киященко, Ира Мельник и другие. Это были бесстрашные воины-медики, прошедшие сотни фронтовых дорог, испытавшие все ужасы войны, хотя им и было в то время всего по 18— 19 лет.

«Что-то многовато раненых», — подумал я. Медперсонала на такое количество раненых было явно недостаточно. Я предложил Михаилу Алексеевичу Барыкину остаться у сарая, наладить скорейшую эвакуацию раненых. Он сошел с машины, а мы поехали дальше.

В пути нас догнал штабной офицер:

— Радиограмма из корпуса!

В радиограмме сообщалось, что населенный пункт Щедрин не входит в направление продвижения нашей дивизии. Нам предписывалось перенести главный удар на отметку 149 — в шести километрах западнее Щедрина.

Как это ни трудно, пришлось перестраиваться на ходу. В результате изменения обстановки полк Костиницына, которому ранее было приказано перейти во второй эшелон, вступил в бой с противником, контратакующим со стороны Щедрина. Мамонов одним своим батальоном вышел восточнее отметки 149 и перерезал дорогу Паричи — Щедрин.

Два батальона Манцурова, двигаясь вдоль Березины, обошли противника с фланга. Таким образом, подразделения гитлеровцев, находящиеся в этом районе, оказались в полукольце.

НП дивизии расположился на опушке леса. Неподалеку, всего в километре от него, обосновался командный пункт. Медсанбат перебазировался в район Замени-Реня.

Для выполнения поставленной задачи — выйти к отметке 149 — было выделено по одному усиленному батальону из полков первого эшелона. Мне очень хотелось перевести полк Костиницына, действующий на правом фланге, во второй эшелон, но сейчас это не представлялось возможным, так как в противном случае оголялись бы подходы со стороны Щедрина.

советские войска в атаке

Начало атаки было намечено на половину первого ночи.

До сигнала оставалось каких-нибудь двадцать минут, когда в дивизию прибыл офицер оперативного отдела штаба корпуса. (Если мне не изменяет память, это был сам начальник оперотдела подполковник И. К. Тясто.) Он привез приказ командира корпуса. В приказе, говорилось, что наша дивизия должна готовиться к передаче своего участка другой дивизии.

— А как же разработанный план дивизии, — удивился Лозовский. — Так и останется невыполненным?

Я тоже был обескуражен таким поворотом событий. Чтобы точнее выяснить, что к чему, надо переговорить с командиром корпуса. Дежурный связист начал вызывать штаб. Корпус молчал.

Время шло, а связи все не было. А командиры полков ждут сигнала к атаке. Тогда я решил на свой страх и риск провести запланированное действие.

Ровно в половине первого батальоны пошли в атаку. Она завершилась полным успехом. Преследуя отходящего противника, дивизия вышла на рубеж Емельянов мост — Чернополье.

После этого нам была поставлена новая задача — форсировать реку Березину и по ее западному берегу продолжать наступление на Бобруйск, не давая частям противника, находящимся в междуречье, переправиться через реку и уходить на запад. Дивизию сменили лишь к полудню.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *