Второй штурм тракторного завода под Сталинградом

Второй штурм тракторного завода

Части укрепрайона заканчивали приготовления к решительному наступлению на один из последних оплотов сопротивления сталинградской группировки врага. Завершили свою работу бойцы, которые всю ночь с помощью особых приспособлений — «кошек» прокладывали проходы в минных полях — на наших собственных, и во вражеских. Задолго до рассвета на южный берег Мокрой Мечетки подтянулись все подразделения 311-го батальона. Туда же ушел 350-й, сменивший выведенные во второй эшелон роты 2-го батальона.

В 10 часов вновь дрогнула земля от гула орудии. Началась артиллерийская подготовка. А вот и бомбардировщики.

Крупнокалиберные снаряды и тяжелые бомбы на этот раз чаще падали там, где нужно, и мы от души были благодарны артиллеристам и летчикам. Однако не поддались искушению отказаться от использования своей артиллерии непосредственно в боевых порядках батальонов и рот. И не пожалели об этом. Огонь прямой наводкой, который мы вели в ходе боя по дотам противника, в значительной степени обеспечил успех штурма.

Первым сразу же после артиллерийской и авиационной подготовки пошел в атаку 311-й батальон. Две ого роты прежде всего выбили гитлеровцев из здания сушилки в юго-западной части территории кирпичного завода. Одновременно батальон, взаимодействуя с соседями, овладел еще несколькими заводскими строениями. Он настолько прочно закрепился в этом первом опорном пункте врага на правом берегу Мокрой Мечетки, что ни одна из последовавших затем контратак, предпринимавшихся фашистами из глубины их обороны, успеха не имела.

Уверенно и осмотрительно действовал 350-й батальон. Его командиру капитану Григорьеву, совсем еще юноше, определенно пригодилось все, что он увидел за последние дни, находясь почти непрерывно на моем наблюдательном пункте и тщательно изучая ход боя. Еще перед атакой можно было видеть, как методично, без суеты накапливались бойцы на линии броска. «Свой» маневр хорошо знал каждый из них и в бою.

Вот метнулись вперед роты первого эшелона. За ними двинулись остальные. Подразделения делали бросок одновременно, каждое на своем направлении. Ползком, один за другим, бойцы добирались до расщелины у кирпичного завода. За ней их ждала встреча с врагом.

Застучал первый пулемет, отсекая огнем группу фашистов, пытавшихся проникнуть из глубины обороны к зданиям завода. Метко направленная огневая струя заставила их откатиться назад.

Капитан Григорьев шлет первое донесение: занял одну из гофманских печей и два ближайших к ней здания, закрепился прочно.

Второй штурм тракторного завода

Вместе с левофланговым 18-м батальоном атаковали противника бойцы 149-й стрелковой бригады, до того входившей в группу Горохова. Я уже упоминал об этой горстке отважных воинов, которые в течение нескольких месяцев героически отстаивали небольшой клочок земли чуть выше устья Мокрой Мечетки, прикрывая переправы через Волгу. Теперь они не менее отважно действовали в наступлении.

18-й батальон наносил удар по опорному пункту врага к югу от устья Мокрой Мечетки. Прошло несколько минут, и вот уже комбат капитан Новаковский сообщает: одна из рот захватила складские строения кирпичного завода, другая гранатами выбивает фашистов, засевших в гофманской печи и в трубе сушилки.

К исходу дня батальоны, в числе которых был и 360-й, только что возвратившийся с правого фланга армии и с ходу вступивший в бой, полностью овладели кирпичным заводом, составлявшим, как я уже отмечал, часть первой, наиболее сильно укрепленной линии обороны противника. Таким образом, в наших руках оказались восточные подступы к тракторному заводу, а также к Дворцу культуры.

Приятно было узнать, что добилась успеха и действовавшая справа от нас 226-я дивизия. Форсировав Мокрую Мечетку, она также вышла на подступы к тракторному — с севера.

Еще радостнее известия из штаба фронта: южная часть группировки врага во главе с фельдмаршалом Паулюсом сложила оружие.

Что касается северной, против которой сражались мы, то Паулюс отказался отдать ей приказ о капитуляции. Он мотивировал это тем, что, будучи военнопленным, не имеет права отдавать приказы группировке, которая еще вела боевые действия. Командование же последней, стремясь во что бы то ни стало удержать тракторный завод, являвшийся теперь уже единственным оплотом фашистов в Сталинграде, упрямо отклоняло все предложения о сдаче. Тем самым оно фактически подписало смертный приговор гарнизону этого узла сопротивления, ибо нашему командованию оставалось лишь одно: уничтожить врага, не желающего сдаться.

Там, в южной части города, впервые после многих месяцев ожесточенных боев, наступила тишина. Ее нарушает лишь радостное ликование победителей — наших товарищей из других соединений.

А нам еще предстоит последний штурм. Его исход предрешен, так что позаботимся лишь о том, чтобы побыстрее и с наименьшими для себя потерями разгромить окопавшиеся здесь остатки войск противника, поскорее обрадовать Родину полной и окончательной ликвидацией сталинградской группировки врага…

Стемнело. Мы с Дмитриевым осторожно обходим наш передний край, проверяем, надежно ли закрепились батальоны в захваченных у фашистов опорных пунктах.

Тут же отводим нашей артиллерии новые места в боевых порядках пехоты. Это нужно потому, что завтра, во время штурма, ее задача усложнится. Возможно, что гитлеровцы, засевшие в сильно укрепленных каменных зданиях заводского поселка и во Дворце культуры, в блиндажах с надежными перекрытиями и за железобетонной стеной, окажутся малоуязвимы для пулеметов и стрелкового оружия. Кроме того, они могут вновь воспользоваться развитой сетью крытых ходов даже для маневра в тыл нашим батальонам. И в том, и в другом случае поможет наша артиллерия, ведя огонь прямой наводкой с кратчайших дистанций.

Все это, а также тщательная проверка ходов сообщения на занятом участке, оказалось отнюдь не лишним.

Едва успели мы принять дополнительные меры предосторожности, как из глубины расположения противника пошли в контратаку фашистские батальоны. Подобные попытки, имевшие целью вернуть утраченные позиции, не прекращались до самого утра. Но гитлеровцам не удалось не только отбросить нас, но и возвратить хотя бы одно из захваченных нами зданий.

Особенно упорно стремились они отбить небольшой, обособленно стоявший полуразрушенный дом, занятый еще днем штурмовой группой во главе с лейтенантом Бабушкиным из 18-го батальона. Первую атаку роты фашистов, начавшуюся ровно в полночь, восемь наших отважных бойцов отразили огнем ручного пулемета и автоматов. Враги залегли вокруг дома. Потом пытались незаметно подползти к его стенам.

Но каждый раз штурмовая группа по команде Бабушкина забрасывала их ручными гранатами. Отважным бойцам, защищавшим дом, хорошо помогли наши артиллеристы. Подвижное огневое кольцо сначала преградило фашистам путь к зданию, а затем и отогнало их на почтительное расстояние.

Оцените статью
Исторический документ
Добавить комментарий